|
А сейчас надо выбираться отсюда, – сказал Антон, оглядываясь по сторонам. – Вы согласны, что здесь нам больше нечего делать? – Да. Полицейские сказали, что в пять вечера с рыночной площади уходит автобус. – Зачем же нам ждать до пяти? – А вы надеетесь уехать с вокзала? Забыли, что там творится? Автобус же служебный, я договорился – нас возьмут. А пока, поскольку у нас есть несколько часов, предлагаю просто погулять по городу, посмотреть местные достопримечательности. Тем более что скоро, как вы утверждаете, их не станет. Пойдемте вон туда. Видите колокольню с позеленевшим медным куполом? Это здешняя знаменитая Фрауенкирха. То место я более или менее знаю, так что не заблудимся. Антон кивнул, и они пошли вдоль узкой улицы в сторону видневшейся над крышами изящной колокольни из темного, почти черного камня. Мысли Антона еще были заняты другим, тем не менее он всё более погружался в созерцание окружающей его действительности. – Это церковь Девы Марии. Считается у наших протестантов самым значительным храмом, – рассказывал по дороге Ротманн. – Жаль, что вы не были в Мюнхене. Наша Фрауенкирха ничуть не уступает дрезденской. Хотя стиль, конечно, совершенно другой. Я не знаток, но у нас свой южногерманский колорит, здесь же – откровенное французское барокко. Они повернули за угол и вышли на широкую улицу. Перед ними во всём своем великолепии открылся храм из черного камня. Его огромный каменный, вытянутый вверх купол сначала показался Антону слишком непропорциональным по отношению к основанию. Это и четыре барочные башенки по сторонам, а также венчавшая купол высоченная колокольня придавали сооружению вид небольшой изящной церковки, увеличенной в несколько раз, как будто она и окружающие ее дома были выполнены в разных масштабах. – Ну, что скажете? – остановившись, спросил Ротманн. Антон развел руками, выражая восхищение. – Скажу, что вижу это впервые. А все они, к сожалению, – он показал на скопление людей вокруг церкви, – возможно, в последний раз. – Может быть, она уцелеет? – выразил надежду Ротманн, сверяя время по часам одной из угловых башенок церкви. – Хотя вряд ли. Она слишком заметна с воздуха, и летчики не откажутся от такого удовольствия. Они обошли окружавшую церковь тесную площадь, и Антону пропорции здания уже не казались непривычными. Как раз таким оно и должно быть. Украшенным черными кружевами, придающими ему явное женское начало. Ведь это церковь Девы Марии, а не собор в честь одного из бородатых апостолов. Ротманн повел Антона дальше. Скоро они уже осматривали кафедральный собор. От отдыхающего на лавочке старика они узнали, что он был построен католиком Фридрихом Августом Вторым в противовес протестантской Фрауенкирхе и стал самым большим католическим храмом Саксонии. Затем пришла очередь королевского замка. Потом они долго бродили среди павильонов Цвингера, отдыхали на лавочке возле пруда, после чего вышли к расположенному рядом оперному театру. Обойдя театр, они очутились на набережной. Солнце уже клонилось к закату. Прямо перед ними текла Эльба. Справа ее пересекал мост Августа. На набережной и прилегающих улицах было много людей. Попадались даже празднично одетые дети, бродячие артисты и музыканты. Некоторые парочки, несмотря ни на что, похоже, готовились встречать завтра День святого Валентина. – Дьявол, неужели что-то с моими часами?. |
