Но ничего такого король не сделал; ненавистное слово эхом отдавалось только в ее голове. Однако король узнал ее… ох, она могла поклясться, хотя он не обнаружил этого ни малейшим движением или знаком.

— Леди Ондайн, — сказал ласково Карл и дотронулся до ее руки, позволяя ей подняться. — Вы можете рассчитывать на самый сердечный прием в Хэмптон-Корте.

Ондайн боялась произнести хоть слово, а только улыбалась, неотрывно глядя ему в глаза. Потрясение от неожиданной счастливой развязки было столь велико, что девушка, казалось, вот-вот лишится чувств.

— Жениться без разрешения короля! — Карл рассмеялся. — Но теперь, когда я увидел невесту, прими мое благословение и, кроме того, разве что зависть. Екатерина! Ну не прелестна ли она?!

— И к тому же, кажется, целомудренна! — вполголоса добавила Екатерина, не имея, впрочем, желания задеть короля, а так, ради шутки.

Уорик обнял Ондайн за плечи и привлек к себе, как бы ненароком освобождая ее руку от королевского пожатия.

— Целомудренна! Клянусь в этом моей прекрасной королеве! — горячо воскликнул Уорик.

— А ты, оказывается, собственник, Четхэм! — заметил Карл. — Так что, друг мой, думаю, впереди тебя ожидают большие неприятности. Букингем околачивается неподалеку. Смотри, чтобы, болтая всякую чушь, он ненароком не похитил твоей супруги. Но, надеюсь, в моем присутствии он не посмеет её домогаться. Да, пожалуй, он и твоей доблести испугается, Уорик! Так что, кажется, мы в безопасности. Хотя, впрочем, не бродит ли поблизости какая-нибудь кошечка, готовая броситься на юную красавицу? Быстрее за мной… Бежим!

Как будто дурачась, Карл снова завладел рукой Ондайн и, склонясь к Екатерине, сообщил, что должен показать графине оранжерею и спасти ее от бесчисленных обожателей.

— Мы с удовольствием посмотрим оранжерею, — сказал Уорик, но на этот раз отнять Ондайн у короля уже не было никакой возможности.

Сжимая пальцы графини, Карл шаловливо добавил:

— А ваше дело, мой друг, заняться недругами, прежде чем они ускользнут из ваших рук. Кошечка, о которой я говорю, подкралась совсем близко!

Уорик порывисто обернулся. Король не шутил: Анна, с улыбкой на губах и еле сдерживаемой злобой в глазах, была почти рядом.

— Лорд Четхэм! — воскликнула она.

Уорику не оставалось ничего другого, как в соответствии с этикетом выдержать вежливую паузу, которой немедленно воспользовался Карл. Он подмигнул жене и быстро скрылся из глаз, таща позади себя, как на буксире, Ондайн. За ними устремились два королевских стражника. Когда вся группа вышла с кортов и двинулась по вымощенной дорожке по направлению к саду, Карл резко обернулся:

— Вы славные парни! Но оставьте меня в покое хотя бы на этот раз. Неужели вы в самом деле думаете, что прекрасная леди Четхэм представляет для меня серьезную угрозу?

— Ваше величество! — ответили в один голос стражники и с поклоном удалились. Карл повел Ондайн по дорожке глубже и глубже в сад, в уединенное место, где в изобилии росли какие-то странные заморские растения. Король опустился на одно колено и сорвал неведомый плод; затем он вытащил из кармана нож и, скользнув им по плоду, предложил кусочек Ондайн:

— Ананас. Единственный в Англии. Его вырастил мой садовник. Это очень загадочный фрукт. Попробуйте.

Ондайн взяла кусочек, но есть не смогла.

— Ваше величество, неужели это правда? — спросила Ондайн, глядя королю прямо в глаза.

— Конечно! Зачем мне, по-вашему, сочинять сказки об ананасе?

— Нет, нет! — горячо воскликнула Ондайн.