— Если у тебя в усадьбе что-то опять творится — драться будешь сам, — сказала она внутри будки. — А я прилягу и посмотрю.

— Замётано.

Я толкнул дверь.

С первого взгляда как будто бы всё было нормально. По крайней мере, в моей комнате ничего не изменилось. С улицы доносилось сонное бормотание вышедшего по нужде Данилы.

Я поставил на стол свою находку. Земляна зажгла свечу.

— И что думаешь делать?

Да вот чтоб я знал. Фантазия упорно рисовала болгарку или лазерный резак, но под рукой ничего такого не было. Какие-то инструменты, конечно, найдутся у Данилы, какие-то у плотника. Но вскрыть ими цельнометаллический барабан… А с другой стороны, я ведь его уже частично вскрыл. Разве не?

— Давай-ка его вот так положим. И подержи, будь добра.

Я завалил барабан набок. Земляна с видимой неохотой прижала его руками к столу.

Ну, волшебная сила сварки, выручай!

Меч засветился, послушный моей воле. Я осторожно ткнул кончиком возле самой кромки барабана и почувствовал сопротивление.

— Крепко держи, — предупредил Земляну. И навалился.

Потребовалось вовсе не то усилие, которого я ожидал. По ощущениям, я как будто проткнул слоёв двадцать фольги. После чего сразу остановил напор и повёл меч по кругу.

Было тихо. Только едва заметное шуршание разрезаемого метала щекотало ухо, а так, кажется, даже дышать никто из нас не дышал.

Я ощущал себя ювелиром, выполняющим заказ, от которого зависит моя карьера. Откуда такая осторожность, знать не знал. Барабан уже пробит мечом. Что бы там ни было, оно повреждено. Но всё же вёл меч так, чтобы он только-только взрезал метал, не погружаясь внутрь ни на один лишний миллиметр.

И вот миг настал. Отрезанная «крышка» с бряканьем упала на пол.

Я приблизился к вскрытому барабану, Земляна наклонилась. Вместе мы создали две тени и не увидели ничего, кроме темноты.

— Погоди. — Я выпрямился и перевернул барабан. Поставил на стол. — Лепила в детстве куличики?

Земляна вместо ответа стукнула по дну барабана кулаком. Я потянул его вверх, и он легко снялся.

— А э-э-эт-т-то что такое? — прошептала Земляна. Перекрестилась.

Порадовать мне её было нечем. Я видел ровным счётом то же самое, что и она.

На столе стояло цилиндрической формы коричнево-прозрачное нечто. Что-то вроде янтаря, наверное, или ещё какой смолы. А внутри, навеки застывшая, висела рука. Человеческая рука, от локтевого сустава и до кончиков пальцев. Если уж совершенно дотошно, то — правая.

Рука была мощная, мускулистая и явно принадлежала взрослому человеку.

Я перевёл взгляд на пол и поднял крышку.

— Посмотри сюда, — позвал Земляну.

Она посмотрела. И если раньше была просто бледной, то теперь в лице охотницы вовсе не осталось кровинки.

На внутренней стороне крышки был выдавлен Знак. Не новый, хорошо известный. Настолько хорошо, что его даже включили в справочник, в раздел Целительных Знаков. Предназначался он, видимо, для совсем уже хреновых случаев, когда прежде чем лечить, надо было убедиться, что пациент переживёт это самое лечение.

Назывался Знак незамысловато: «Удержать дух», и открыть его первую итерацию уже мог себе позволить даже я. Работал Знак также просто, в полном соответствии с названием: не позволял душе умирающего покинуть тело. Иными словами, не давал умереть.

Наверное, работал исправно — если меч не смог разрушить его целостность.

Обсуждать тут было, пожалуй, нечего. Всё, что можно сделать в подобной ситуации — пробормотать «утро вечера мудренее» и отправиться спать. Что мы и сделали.