Агнесса так и сделала – съездила на Конюшенную и купила билеты до Ветрогонска и обратно. Туда – на утренний рейс, на шесть ноль пять, и обратно – вечером, на двадцать пятнадцать. Ехать было часа три с половиной – должна была успеть. Вообще, автобусов из Питера до Ветрогонска в эти времена ходило много, больше, чем в будущем.

***

Автовокзал на Обводном изменился мало – витражи на фасаде, зал… правда, всего три кассы, из которых работала одна. И народу-у-у – портье оказался прав – давка! Несмотря на раннее утро и будний день!

– Мне до Новгорода, до Новгорода один…

– Нету до Новгорода…

– Как же, девушка? И вечером нет?

– Говорят же русским языком – на сегодня все билеты проданы!

– Мужчина, вас здесь не стояло!

– Как же – не стояло? Вот только что покурить отошел… Девушка, да скажите же вы!

– Внимание, внимание! Граждане пассажиры! Начинается посадка на рейс номер восемьсот шестьдесят пять Ленинград – Ветрогонск. Автобус отправляется от третьей платформы. Время отправления шесть часов пять минут.

Подхватив сумку, Аньез поспешила на платформу…

Подали автобус – большой, красивый, с гофрированным корпусом, похожий на пассажирский лайнер «Каравелла» компании Эр-Франс. На крыше виднелась большая фара – целый прожектор! – и две таблички – «Ленинграл» – «Ветрогонск», ниже, между фарами, серебристые буквы – «ЗИЛ»

– Прошу, товарищи, проходите! – галантно улыбнулся шофер в синей форменной фуражке с эмблемой «Пассажиравтотранса»

Внутри автобус оказался таким же шикарными, как и снаружи – широкий проход мягкие откидывающиеся кресла, вентиляция и даже радио! Красота!

Хотя Агнесса всю дорогу молчала, на нее все же поглядывали, косились. Мужчины – с явным восхищением, женщины же – наоборот, с укоризной. Одна пожилая тетка даже что-то осуждающе прошипела – будто Аньез у нее что-то украла или не отдала какой-нибудь старый долг!

Ну, да Бог с ними, с тетками… Время было раннее, и путешественница почти всю дорогу спала, раскрыв глаза лишь незадолго до Ветрогонска. С соседом тоже повезло – мужичок оказался молчаливым, да и сошел уже на полпути.

Достав косметичку, Агнесса глянула в зеркальце и вытащила тушь для ресниц…

– Девушка! Вы где такую прелесть достали? – неожиданно прозвучал позади возбужденный женский голос.

«Француженка» резко обернулась:

– Что?

– Я про тушь…

Сидевшая позади молодая женщина лет тридцати похлопала ресницами:

– Это у вас польская?

– Почему польская? Французская, – удивилась вопросу Аньез.

– А достали где? Неужели, на Невском продавали?

– Нет, в Париже купила…

– Где?!!! Ой… извините… бывают же в жизни счастливчики! – соседка покачал головой. – Я думала – на Невском. Зашла бы потом – вдруг повезло б! А вы в Париж группой ездили или по обмену? Ой… остановка моя! Товарищ водитель! У РАЙПО остановите, пожалуйста… Вот спасибо… Ага!

На остановке «У РАЙПО» вышло пол-салона, Агнесса же проехала до автостанции, располагавшейся на одной площади с железнодорожным вокзалом.

Вокзал был красивый, старинный, автостанция же – просто угловатая кирпичная будка с кассой и скамейками внутри… Туалет там был такой, что… Аньез заходить побоялась и пошла на вокзал – все ж надо было!

Там же, в зале ожидания, к ней вдруг подошел милиционер – сержант, при фуражке, погонах и рации! Подошел ни с того, ни с сего, да еще и взглянул так пристально-строго, словно бы увидал какую-то беглую преступницу!

Глянул, усмехнулся недобро и приложил руку к козырьку:

– Сержант Гриценко.