Утешившись этими мыслями, я взглянул на проблему веселей. Ерунда ведь это по сравнению с «мировой революцией». Вернее с тем кошмаром, что собирались устроить Десяти Мирам профессор на пару с Гроссмейстером. Ну, подумаешь, сгоняю в ещё одну командировку. Выбью десяток другой зубов и сверну пару-тройку голов. Дети, как известно, «цветы жизни». Так какая разница, на чьих могилах они будут расти?

В том, что командировка предстоит я, зная Инку, как-то даже и не сомневался.

— Юрка, заснул, что ли? — Инка бесцеремонно пихнула меня локтем в бок и я оказался в реальном мире. — Давай, «тяни» нас «к себе». А то зябко тут и неуютно.

На пустынный мир, и впрямь, опустились сумерки, и от воды веяло прохладой. Мы «перешли» в Дромос и уселись в лодку. Девчёнки молчали а я, взяв в руки весла, оттолкнулся от берега. Затем, как всегда «вовремя» вспомнив, что не сделал что-то важное, снова причалил и, выскочив на песок, положил Прибор в метре от воды.

Бог его знает, сколько миров между пограничной планетой Агнов и этим девственными и диким чудом. Так что, нимало не сомневаясь, я решил переместить половинку Кристалла сюда, дабы иметь «дверь» под рукой.

Добравшись до места, мы подошли к Камню и, взяв его в руки мгновенно оказались возле оставленного мной Прибора.

Не говоря ничего, я включил Кристалл, и всё так же молча сделал приглашающий жест. И следующий «шаг» перенёс нас к лагерю. Этому милому месту, находящемуся возле выхода в наш родной мир.

Что ж, моя «личная Вселенная» увеличилась ещё на три планеты. Хорошо это, плохо ли — Бог ведает. Заметив чёрный футляр, Инна покачала головой, но ничего не сказала. Может быть, просто выветрилось из памяти но, скорее всего, решила не заострять вопрос. Всё же, умница она у меня, если разобраться.

Глава 23

Вышли мы черт знает где и, дабы сориентироваться, «вернулись» с девчёнками в Дромос и «материализовался» я уже в скутере. И взмыл вверх. Умная машина тотчас выдала координаты, и оказалось, что нахожусь я над одним из городов Австрии. Ну — не беда. Выйдя в стратосферу я взял курс на Москву и вскоре, как, впрочем и всегда, благополучно снижался над территорией Приюта.

«Убрав» космический бот я «вывел» наружу девочек и Инна, чмокнув меня в щёку и подхватив Кени «скрылась» у себя. А я поплёлся наверх, дабы отоспаться после трудов праведных и прикинуть, как бы это покрасивее подать все те безобразия, что натворил в Мирах Агнов. Хотя, да ну её, эту отчётность. Расскажу всё как есть, хуже не будет.

В этот поздний час в Приюте было тихо и спокойно. Относительно, конечно. Пустые тёмные коридоры гостиничного этажа, застеленные ковровыми дорожками выглядели загадочно, и лишь тонкая полоска света из под одной двери ломала гармонию полумрака.

Откуда-то, нарушая безмолвие, доносился голос профессора.

— Меньше всего я приму от Вас, или от кого бы то ни было упрек, что созданная мною теория сложна. Все то, что до сих пор было написано о происхождении человечества как вида, уже тем одним плохо, что недостаточно сложно. Привлекаемый обычно понятийный аппарат до крайности прост. И я приму к сведению только обратную критику: если мне покажут, что и моя попытка еще не намечает достаточно всеобъемлющей исследовательской программы. О трудностях я говорю сразу в нескольких смыслах. И сложность изложения — самое меньшее из затруднений. Достаточно трудно объективное построение теории, и сложно взаимоотношение совокупности используемых в исследовании нужных наук.