- В одиночку? – усмехнулся орк.

Полукровка задумался. Он столько времени пробыл один и столько всего совершил без чьей-либо помощи и поддержки!

- Это дело чести, - только и сказал он. – Мне пора. Наступление начнется через пять часов. Если вы атакуете всего на два часа раньше, вы спасены.

Он встал и никто не думал его удерживать. Лишь командир поднялся на ноги вместе с ним.

- Но ты должен понимать, что если уйдем сейчас, рано или поздно мы вернемся, - нехорошо усмехнулся он.

- Возвращайтесь, - улыбнулся Охтайр. – На Сапфировом Острове вас будут ждать.

- Уж не ты ли?

- Хотя бы и я. А чтобы не было сомнений…

Отделив на виске прядь волос, он быстро заплел их в тугую косичку:

- Нитку!

Не раздумывая, командир выдернул одну из подола своей рубахи. Разделив ее на две половинки, Охтайр перевязал косичку снизу и сверху, словно пуповину.

- Режь. Вместе с кожей!

Орк не колебался ни на миг. Полукровка лишь с шипением втянул воздух сквозь зубы, когда лезвие полоснуло, срезая часть скальпа, и поскорее зажал порез ладонью.

- Я буду ждать знака, - сказал он, последний раз взглянул на косичку в руках орка и побрел прочь из лагеря. Часовые, получив приказ от командира, затопали следом, провожая до границ лагеря.

Вернуться назад тем же путем удалось легко, но едва Охтайр, уже одетый, выбрался на опушку, его окликнули.

- Ты куда ходил? – один из Преданных стоял на часах. Наверное, сменился, пока денщик бегал туда-сюда.

- По нужде.

- Полчаса?

- Живот от страха прихватило, - зло огрызнулся Охтайр. – Ты тоже сбегай, если невтерпёж. Я посторожу.

- Я всё доложу командиру, - пообещал легионер.

- Хорошо! – оскалился денщик. – Я передам лорду Раваниру, что ты хотел меня арестовать!

Не обращая внимания на бывшего сослуживца, он вернулся к палатке, поймав себя на мысли, что ждет условного сигнала.

И он прозвучал, но на два часа раньше срока, и этот короткий резкий звук рога совсем не походил на спокойное: «Подъем!»

- Уоо-о! – и, после небольшой паузу еще раз. – Уоо-оо!

Что-то пошло не так. Но задумываться было некогда – легионеры были слишком дисциплинированны, чтобы терять время и гадать о причинах. Они вскакивали, торопливо облачались в доспехи. Прислуга спешила седлать лошадей. Те Преданные, кто успел одеться первыми, помогали товарищам или спешили разобрать оружие и коней. За суетой и шумом некогда было прислушиваться к звукам, долетавшим из-за рощи, но внезапно прозвучавший сигнал заставил всех вздрогнуть.

- Трр-рууу!

Он завершился визгом, словно горн взял тот, кто не умеет с ним обращаться и дунул просто так, во всю силу легких.

- Что это? Что случилось? – заволновались легионеры.

- Орки прорвались, - подумал вслух десятник Линнемир. – Не может этого быть!

Последние слова он выкрикнул уже на бегу, устремившись к палатке командующего.

На пороге его встретил Охтайр. Оба они когда-то были новичками, оба принимали присягу практически в один день, но Линнемир легко стал своим в когорте, а неуживчивый, замкнутый, резкий в словах и поступках Охтайр не прижился среди Преданных. Они все называли друг друга братьями, а назвать так зеленоглазого смуглого чужака ни у кого не повернулся язык. Любой другой, оказавшись изгоем, попросился бы в отставку или совершил ритуальное самоубийство, ибо всем известно, что Преданных от клятвы верности может освободить только смерть, но Охтайр покинул когорту для того, чтобы стать денщиком и личным слугой у наследника Наместника, сразу поднявшись на целую ступень над своими бывшими собратьями по оружию. Это отнюдь не способствовало улучшению его отношений с окружающими. А Линнемир еще и видел его вчера вечером…

- Куда? – холодно осведомился он.