Им еще здорово повезло, что дверцу не заклинило, когда самолет завалился набок. Выплюнув изо рта снег, Ноэль выдала тираду, от которой ее семья наверняка остолбенела бы А потом с трудом повернулась и, барахтаясь в сугробе, умудрилась-таки встать на ноги. Она категорически запретила себе думать о чем-либо другом, кроме самой главной задачи — немедленно вытащить Кита из самолета.

— А ты тяжелый, — пробормотала она пару минут спустя, когда сумела вытянуть Кита с сиденья, и он рухнул на снег, придавив ее своим телом. Он тихо застонал, уткнувшись ей в шею и согревая ее кожу губами. Ноэль на миг задержала дыхание, но запах горючего снова напомнил ей, что отдыхать пока рано. Пихаясь, бормоча и изворачиваясь ужом, она выбралась из-под Кита. Поднялась на нога и осмотрелась по сторонам в поисках подходящего места — безопасного и с точки зрения возможного пожара, и с точки зрения непогоды.

— Знать бы, насколько далеко нужно отойти? — буркнула Ноэль, вглядываясь в снежный ландшафт.

Ярдах в пятидесяти-шестидесяти от самолета, у подножия холма, высилась небольшая рощица. «Вполне подходит, — решила она мрачно. — Хоть какое-то подобие безопасного укрытия». Вцепившись в его куртку, Ноэль подалась назад и сдвинула Кита с места. Работа не из легких. Вес Кита был несравним с ее весом, тащить приходилось в гору, да к тому же она старалась делать это как можно осторожнее. Не будь Ноэль так обеспокоена возможностью взрыва самолета, она попробовала бы осмотреть Кита более тщательно.

К тому моменту, когда, по ее мнению, она удалилась на достаточно безопасное расстояние от самолета, Ноэль уже обливалась потом и натужно дышала, что в такую погоду представляло опасность само по себе. Устало привалившись к дереву, она руками выкопала под его густыми лапами углубление. Не Бог весть что, конечно, но в данных обстоятельствах на большее у нее не было ни сил, ни времени. Аккуратно перекатив Кита в неглубокое гнездышко, Ноэль засунула его руки в карманы куртки и проверила, чтобы шапка, которую она надела на него перед тем, как вытащить из самолета, сидела как можно плотнее. Ей смутно помнились вычитанные в каком-то журнале сведения, что человек теряет большую часть тепла, если у него мерзнет голова.

Закончив с первым делом, Ноэль несколько минут посидела на корточках, всматриваясь в лицо Кита. Она страшно устала, но не имела права отдыхать. Слишком многое еще нужно сделать. Бросить его одного казалось невозможным, но все же она, собрав все силы, встала и поплелась обратно к самолету, Сейчас каждая минута на счету. Неизвестно, сколько еще продержится самолет. Запах керосина стал сильнее, безмолвно предупреждая об опасности.

Ноэль, отбросив мысли о неминуемом взрыве, вползла в кабину, чтобы забрать все, что могло бы им пригодиться. Она нашла сумку первой помощи и небольшую коробку с консервами и замороженными продуктами. Выбросив находки как можно дальше в снег, она взялась за радио. Один взгляд — и ситуация, и без того тяжелая, стала еще ужасней, Толстый сук, пробив переднюю панель самолета, вдребезги разнес радио. Она вздохнула, сама не замечая, что безостановочно ругается, и снова вывалилась из кабины.

Теперь ее целью был багажный отсек. Люк оказался заблокирован ветками. Несколько драгоценных минут ушло на то, чтобы обломать их, а затем еще несколько — чтобы сдвинуть дверцу. Наконец перед глазами Ноэль предстал отсек с их чемоданами, ящичком с инструментами, связкой веревок, парой контейнеров с питьевой водой и еще каким-то большим узлом — видимо, тентом или стопкой одеял.