Ноэль вспомнила тот первый вызов; что он ей бросил. Этот был еще более интересным и неожиданным.

Кит прочел в ее глазах сомнение. Доверие давалось ей с таким трудом.

— Это не хитрость с моей стороны. Обещаю, Ноэль.

Приняв решение, Ноэль поцеловала свои пальцы, которые Кит так и не отнял от ее рта, а потом приложила их к его губам.

— Я так и не думала. Я… просто я не предполагала такого между друзьями. — Его теплое дыхание овевало ее пальцы. — Мне нравится, — честно призналась она.

— Вот и доказательство. Значит, все правильно. — Он осторожно опустился на спину и потянул Ноэль за собой.

— Что ты делаешь?

— Устраиваюсь поудобнее. Разве ты не заметила? Непогода снова разыгралась вовсю. — Он отпустил ее лишь для того, чтобы дотянуться до одеял и укрыться ими вместе с Ноэль. — Нам нужно отдохнуть перед завтрашним долгим переходом.

Одеяла мягким коконом обернулись вокруг них. Ноэль чувствовала, как его тепло проникает сквозь ее одежду. Ей казалось так естественно лежать с ним в обнимку. И так невероятно соблазнительно.

— Я не могу спать с тобой.

— Друзья должны делиться теплом. — Он пристроил ее поудобнее в своих объятиях, опустив ее голову к себе на плечо, поближе к сердцу. Если ему не придется учить ее страсти, он может научить ее доверию — шаг за шагом, очень осторожно, не подталкивая и не торопясь.

Ноэль попыталась возразить против подобного вывода и поняла, что у нее нет ни единого аргумента. Если бы здесь была Леора, ее единственный настоящий друг, она не задумываясь разделила бы постель с сестрой. Ее пальцы у него на груди инстинктивно сжались, и, несмотря на несколько слоев одежды, она ощутила мощь его мускулов. Но ведь Кит — не Леора. Каждый его вдох остро отзывался в ней. Его запах заполнял все небольшое пространство палатки, а удары сердца отсчитывали время у самого ее уха. Пусть она безумна, но она не в силах отодвинуться от него. Он обещал ей дружбу. Он ей нужен так, как никто прежде. И если это единственный путь гарантировать, что завтра он не исчезнет из ее жизни, — что ж, она примет и этот путь, и его клятву, чтобы уничтожить пустоту в душе, в которую до сих пор никто не осмелился заглянуть.

Принятое решение успокоило Ноэль, и очень скоро сон накрыл ее своим невесомым крылом. Когда она проснулась, в палатке стало еще темнее, а ветер завывал с еще большей яростью. Будь Ноэль одна, ее напугали бы злобные стоны и жестокость стихии.

— Там действительно так страшно, или мне кажется? — тихонько спросила она. Кит не произнес ни звука, но она чувствовала, что он не спит.

— В общем, ничего хорошего.

Ноэль подняла голову и встретила его взгляд. Тревожный взгляд, несмотря на абсолютное спокойствие в голосе.

— Мы сможем завтра выйти?

— Надеюсь. Завтра увидим.

— А что будет, если не сможем? У нас кончится еда? И все?

Он коснулся ее лица, пробежал пальцами по бархатистой коже на изящно обрисованных скулах.

— У нас ведь есть близкие. Они будут волноваться.

Ноэль представила свою семью. Слава Богу, что ее обещание позвонить было довольно неопределенным. У нее есть как минимум пара дней, прежде чем они начнут переживать.

— У тебя есть семья? — с любопытством шепнула она.

Он чуть заметно улыбнулся.

— Два брата и сестра, до сих пор не простившая братьям, что им посчастливилось родиться мужчинами. — Искренняя привязанность и теплота сквозили в его голосе. Ноэль опустила голову, и он снова пристроил ее у себя на груди.

— Расскажи мне о них.

— А что ты хочешь знать?

— Неважно.