– Конечно, держал, сэр Жиль, – ответил ему хозяин, – но это было восемьдесят лет назад, и я до сегодняшнего дня и слыхом не слыхивал ни о ком из вашей семьи.

– Ну и что?! – не унимался незнакомец. – Обещал твой прадед моему прадеду всегда найти для него комнату под этой крышей, или нет?

– Ну да, сэр Жиль, обещал, – сказал хозяин. – Но он не имел в виду, что если твой уважаемый прадедушка или еще кто из его семьи свалится как снег на голову, то ему тотчас же приготовят комнату. Получилось так, что я только что отдал последнюю комнату благородному рыцарю и лорду с запада.

– А кому первому было дано обещание, – зарычал маленький джентльмен, – моему прадеду или одному из этих двоих джентльменов, кем бы они там ни были?

– Конечно, твоему прадеду, – сказал хозяин. – Но как я уже сказал, сэр Жиль, от тебя я известия о приезде не получал, а от них получил. Ты и сам видишь, что город переполнен джентльменами со всей Англии; все пытаются где-то пристроиться, пока не снарядят суда во Францию. Что же я мог сделать; я же не знал, что приедет кто-то из твоей семьи; не могут же комнаты оставаться свободными, когда многие нуждаются в них?!

– Сведи меня с ними! – орал сэр Жиль. – Пусть только они покажутся мне на глаза. Если они сами признают, что эта комната принадлежит мне, и найдут себе другую – им же лучше. А если нет, то я, сэр Жиль, отстою свое право на эту комнату!

Он свирепо закрутил кончик правого уса.

– Мне бы очень не хотелось, чтобы джентльмены ссорились в моем доме из-за комнаты, – произнес хозяин. – Кроме того, при всем моем к вам уважении, сэр Жиль, я должен сказать, что, как мне кажется, они имеют больше прав на эту комнату, – при данных обстоятельствах…

Вдруг он остановился на полуслове, заметив подошедшего к ним Джима.

– Милорд, – сказал он, – боюсь…

– Я не знаком с этим джентльменом! – резко сказал сэр Жиль, сверкнув на Джима глазами.

Несмотря на свои миролюбивые намерения, Джим почувствовал, что еще один такой взгляд – и он взорвется. В этом сэре Жиле, казалось, было нечто упрямое и воинственное, от чего любой, кто чувствовал на себе его глаза или слышал его голос, сам по себе начинал заводиться.

– Милорд, – запинаясь, начал хозяин, – позвольте представить вам сэра Жиля де Мер, перед вами – благородный лорд Джеймс барон де Маленконтри-и-Ривероук.

– Ха! – сказал сэр Жиль, крутя ус и пытаясь испепелить Джима взглядом. – Милорд, вы заняли мою комнату!

– Я уже обращал внимание сэра Жиля, – вмешался трактирщик, – на то, что это не его комната. Она уже отдана сэру Джеймсу и его собрату по оружию сэру Брайену Невилл-Смиту.

– А где этот сэр Брайен? – спросил сэр Жиль.

– Он ненадолго вышел, – ответил хозяин, – и скоро вернется в комнату, которая, без сомнения, принадлежит ему и сэру Джеймсу.

Сэр Жиль выставил вперед левую ногу, подбоченился и воинственно выпятил нижнюю челюсть, не сводя при этом своих горящих глаз с Джима.

– Сэр Джеймс! – воскликнул он. – Я оспариваю твои права на мою комнату! Прими мой вызов, защищай свое тело и свои права. Выйдем во двор. Можешь выбрать то оружие, которое тебе больше нравится. Я буду драться таким же, а если у меня его не сыщется, то я встречусь с тобой так, как есть!

Дело приняло весьма неприятный оборот. Закончив речь, сэр Жиль повернулся кругом и, чеканя шаг, направился к двери. Дойдя до нее, он обернулся и остановился в ожидании Джима, бредущего за ним.