— Мы увлеклись, извини. И опять же это мне следовало напомнить ей, чтобы позвонила тебе. Значит, я виноват ничуть не меньше Синди и, следовательно, тоже заслуживаю наказания.

Оливия взглянула на него и увидела в его глазах лукавые огоньки. Она улыбнулась.

— Судя по чертикам у тебя в глазах, у тебя что-то на уме.

Он хитро улыбнулся.

— О да. Думаю, будет только справедливо, если ты накажешь и меня тоже.

— В самом деле? И что же это будет за наказание?

— По-моему, домашний арест — прекрасная идея, но при одном условии.

— Вот как? Ты уже ставишь условия? — притворно возмутилась она. — И каково же оно, твое условие?

— Я готов просидеть под домашним арестом хоть целую вечность, если только ты будешь рядом со мной.

Оливия напустила на себя строгий вид, с трудом пряча улыбку.

— Я подумаю над твоим предложением. Что-нибудь еще?

— Да. — Дерек перестал улыбаться. — Синди сказала мне, что у тебя еще один отказ.

Оливия отмахнулась.

— Ничего страшного. Все утрясется.

— Послушай, Оли, если так пойдет и дальше, твой бизнес зачахнет на корню.

Оливия старалась не признаваться даже самой себе, насколько он близок к истине, но она всегда была оптимисткой и не собиралась паниковать или впадать в уныние.

— Проблемы в бизнесе — это нормально, они бывают у всех.

— Твои нынешние проблемы из-за меня, поэтому я хотел бы…

— Нет, — резко перебила она его. — Я больше не возьму у тебя деньги.

— Но почему, Оли? Ведь мы же решили попробовать начать сначала, быть вместе, значит, мы должны помогать друг другу. Ведь ты же помогаешь мне.

— Ты тоже помогаешь мне, Дерек. Уже одно твое присутствие делает меня счастливой. Но, пойми, я должна решать свои проблемы сама. Я не хочу ни от кого зависеть.

— Даже от меня?

— Даже от тебя, Дерек. Извини. — Она встала.

Он тоже поднялся, подошел к ней и привлек к своей груди.

— А знаешь ли ты, как я люблю самостоятельных, независимых женщин? — прошептал он ей в волосы.

— И скольких ты знал? Я имею в виду — самостоятельных и независимых? — в тон ему поинтересовалась она, чувствуя, как все ее тело наполняется приятным теплом и нежностью.

— Ну, приходилось знавать пару-тройку, чего уж скрывать. Но ни одна из них и в подметки тебе не годится, — поспешил добавить он. — Ты лучшая.

— Правда? — прошептала она, прижимаясь к нему и ощущая его возбуждение.

— Истинная правда, детка. — Он чуть-чуть отстранился и заглянул в ее сияющие глаза.

— Ты придешь ко мне сегодня, Оли? Я умираю от желания снова заняться с тобой любовью.

— Я тоже, Дерек, — прошептала она. — Но все будет зависеть от того, во сколько уснет Синди.

Оливия пока не хотела, чтобы дочь знала об их отношениях.

— Хочешь, я усажу ее за руль своей машины и заставлю сделать десять кругов вокруг дома? Она так умается, что тут же уснет без задних ног.

Оливия рассмеялась и легонько шлепнула его.

— Ах ты коварный тип!

Он крепко прижал ее к своему возбужденному телу.

— Да, я такой, но ведь за это ты меня и любишь, верно?

На следующее утро Дерек пришел в кабинет главы коммунальной службы Терезы Хьюстон. Она указала ему на кресло и сухо произнесла:

— Какая неожиданность, мистер Логан. Вы пришли на несколько дней раньше установленного срока.