Оливия украдкой взглянула на Дерека. Но его красивое лицо ничего не выражало.

— Я очень тяжело переживала наш разрыв, — продолжила она. — Через несколько дней родители отвезли меня в Бревилль, и до начала занятий я остановилась у четы Мердок. Их старший сын Патрик был на пару лет старше меня и взял меня под свою опеку.

И снова ни один мускул не дрогнул на лице Дерека.

— Мы подружились.

— Это вполне очевидно, — не удержался он, за саркастическими нотками скрывая свою боль, притаившуюся в зеленовато-карих глазах.

Ей так хотелось стереть эту боль, признаться, что для нее не существует и никогда не существовало никаких других мужчин, кроме него, но как это сделать, не открыв всей правды?

— Мистер и миссис Мердок относились ко мне, как к родной дочери. — Оливия перевела дух. — В общем, через пару месяцев мы поженились.

— Ты любила его?

Ее голос дрогнул.

— Да. Он хороший человек и был добр ко мне.

— Тогда почему вы развелись?

— Полагаю, просто со временем мы стали чужими друг другу.

— А после развода вы встречаетесь?

— Нет, но он присылает нам с Синди поздравления и подарки на Рождество и на день рождения, и Синди общается с ним по телефону. Мы остались с ним добрыми друзьями, если это то, о чем ты спрашиваешь. А его родители останавливаются у нас, когда бывают в Грейт-Стоке.

— Все это очень мило, но факт остается фактом: Синди растет без отца.

— Дерек, прошу тебя! — взмолилась Оливия. — Ты хочешь, чтобы мы снова поссорились?

— Нет, я хочу, чтобы мы оставили прошлое в прошлом и попробовали начать все сначала.

Оливия подняла глаза.

— Что конкретно ты предлагаешь?

— Я пока и сам толком не знаю. Все произошло так быстро и неожиданно. Просто давай не будем противиться своим чувствам и желаниям, а там посмотрим. Для начала я должен разобраться со своими проблемами.

Оливии хотелось сказать, что она готова ждать сколько угодно, готова пойти за ним куда угодно, хоть на край света, но промолчала. Теперь она не одна и должна думать не только о себе, но и о дочери. Как это все отразится на ней? К тому же существует еще несколько больших и серьезных «но», которые она должна тщательно продумать.

Дерек встал из-за стола, подошел к ней и, взяв за руки, потянул на себя и заключил в объятия.

— Судьба дает нам второй шанс, Оливия, и мы не должны его упустить. Ты согласна попробовать, любимая?

От его ласкового слова и нежного взгляда у нее внутри все растаяло.

— Да, — прошептала она.

— Нам будет нелегко, но мы выдержим, правда?

— Надеюсь.

— Только ты должна обещать мне, что между нами не будет никакой лжи и недомолвок. Обещаешь?

Она сглотнула.

— Обещаю.

8

Вернувшись на следующий день с работы и поставив машину в гараж, Дерек обнаружил Синди, сидящую на крыльце с угрюмым видом.

— Ты чего такая мрачная? — поинтересовался он, присев рядом. — Что стряслось?

Синди сосредоточенно разглядывала носки своих кроссовок.

— Я под домашним арестом, — вздохнула она.

— Это из-за вчерашнего?

— Угу, — буркнула она.

— И на сколько?

— На три дня.

Дерек вздохнул.

— Извини, девочка, это моя вина. Я поговорю с твоей мамой — может, она смягчит наказание.

— Сейчас к ней лучше не соваться, она злая как черт.