Еще он смутно припоминал, что сюда приходил Саймон, сразу после ухода Стеф. Он что-то говорил… Черт, он не помнил, что именно…

Джон сердито потер глаза и заставил себя удержаться в сидячем положении. Стеф помогала ему.

— Джон, проклятье, ты должен проснуться! — в сердцах выпалила она.

Его голова упала. Он не мог удержать ее. Да что с ним такое, в конце концов?

С тех пор, как сны перестали посещать его и он отказался быть Рыцарем Слова, Джон снова ожил. Сны исчезли, и он стал крепко спать. Но в последние дни кошмары вернулись, стремительные и тяжелые. Он часто чувствовал, что просыпается почти сразу после того, как заснул. И не ощущал себя отдохнувшим. Словно ушел и тут же опять вернулся. Стеф не раз поражалась, как мирно он выглядит во сне, но теперь мира не было и в помине. Кроме того, в последнее время его преследовал один и тот же сон про старика и горящий город. Так что он почти и не спал по-настоящему.

— Что случилось? — наконец спросил Джон, с усилием подняв голову.

Она нагнулась поближе. Ее силуэт темнел на фоне окна.

— Мне кажется, во «Фреш Старте» пожар!

Его мозг все еще был затуманен, и ее слова словно потонули в вязком сиропе.

— Пожар?

— Ты можешь встать? — расстроенным голосом продолжала она. — Я не хочу никуда звонить, пока не удостоверюсь. Я звонила ночному управляющему, но никто не ответил. Джон, ты нужен мне!

Он неловко поднялся на ноги, чувствуя себя слабым и беспомощным. Из него словно выжали все соки. Росс как будто превратился в маленького ребенка. Она подвела его к окну, и Джон начал вглядываться в дождливую темноту.

— Вон там, — показала Стеф. — В основном здании.

Его зрение медленно фокусировалось на здании приюта. Вначале ничего не было видно. Потом на фоне окна вырисовалась вспышка — на первом этаже. Он подождал секунду и снова увидел огонь.

Джон присел на подоконник и постарался стряхнуть липкую паутину со своего сознания.

— Позвони 911. Скажи, пусть приезжают немедленно. Почему не сработала пожарная сигнализация?

— Сама не знаю, — она уже набирала номер. — Поэтому я и не стала сразу звонить. Если это пожар, то сигнализация… Алло! Это Стефани Уинслоу, дом 2701 по Второй авеню. Хочу сообщить о пожаре во «Фреш Старт». Да, я вижу его прямо отсюда.

Она продолжала разговаривать с диспетчером, а Джон отвернулся от окна в поисках одежды. Он пытался включить свет, но выключатель почему-то не сработал. Тогда он плюнул и стал одеваться в темноте. Он все еще чувствовал слабость, но одновременно и прилив адреналина после того, как разглядел через окно пожар. Он натянул джинсы, рубашку, туфли, не заботясь ни о белье, ни о носках. Нужно поскорее идти. Кто-то ведь дежурит в центре. И этот кто-то должен был ответить по телефону, когда Стеф позвонила туда.

— Я должна идти, Джон! — крикнула Стефани. Она уже повесила трубку и направлялась к дверям.

— Стеф, подожди!

— Присоединишься ко мне, как только сможешь! Я разбужу людей и постараюсь вывести их на улицу!

Дверь захлопнулась. Тихо выругавшись, он завязал шнурки, спотыкаясь в темноте, натянул свое пальто на все времена года, схватил черную трость и последовал за ней.

Джон не стал тратить время, ожидая лифта, который двигался чертовски медленно, а пошел вниз по лестнице. В голове уже прояснилось, и тело стало послушным. Он ковылял по лестнице, опираясь на перила и трость, и довольно скоро очутился на улице.

Дождь перешел в ливень, фонари едва мерцали сквозь потоки воды. Вторая авеню оказалась совершенно пустынной и тихой. Где же пожарные машины? Он сошел с тротуара и пошел под дождем, хлеставшим с такой силой, что Джон едва понимал, куда идет.