|
И если мы нарвемся именно на такую точку, то шансов на успех у нас будет маловато, потому что клерки из главной конторы куда умнее тех болванов, что сидят на горячем – на телефонных точках. Когда мы в последний раз брали Ребу Макклейн, она сидела в обычной телефонной точке, куда ей звонили сами игроки, и записывала ставки на пластиковой поверхности стола. Потом время от времени ей звонили из главной конторы, она зачитывала принятые ставки и вытирала пластик. Для нас это был бы лучший вариант, потому что мы всегда пытаемся заполучить какие-нибудь физические доказательства, если в состоянии провести операцию достаточно быстро.
– Пластиковый стол? – Да, – кивнул Чарли. – Обычно кто-то из ребят вышибает дверь и бросает что-нибудь в того, кто сидит у телефона, чтобы не дать ему возможность стереть все со стола. Однажды я видел, как коп швырнул ему в лицо теннисный мяч. – А почему не бейсбольный? – Гм, неплохая мысль. Из тебя получился бы хороший детектив, Бампер. – Но в любом случае тот, кто сидит у телефона, не знает телефонного номера или адреса главной конторы? – спросил я. – Никогда. Вот почему я тебе говорил, что шансы у нас нулевые. Чарли снова бросил в автомат монетку и опять повесил трубку. – Должно быть, дела у них идут неплохо, – сказал я. – На телефонных точках Реда Скалотты дела всегда идут хорошо, – заметил Чарли. – Я лично знаю двоих судей Верховного Суда, которые через него играют. – Наверное, есть и полицейские, – сказал я. – Само собой, – кивнул он. – Кто же упустит возможность? – А как называется та хитрость, когда телефон проводится в другую квартиру? – Выволочка, – сказал Чарли. – Врываешься иногда, а комната пуста, и в ней только телефонная розетка и провод, выведенный в окно. А пока выйдешь по этому проводу на нужную квартиру, парень с той точки уже давным-давно смылся. Обычно, когда делают выволочку, сооружают и простенькое сигнальное устройство, так что им всегда известно, что в фальшивую точку кто-то вломился. Есть еще и вариант с релейным переключателем, когда звонок может быть переключен на другую линию. И тут, к примеру, клерк из главной набирает номер телефона с релейным переключателем и просто не вешает трубку. Потом по этому же номеру звонит клиент, и клерк сам принимает у него ставку. Но у всех этих фокусов есть и недостатки. Один из главных – в том, что клиентам не нравится система с релейным ответчиком. У большинства из них плотный рабочий график, и есть от силы несколько минут во время перерыва на кофепитие, на поиски своего букера, и им некогда ждать десять или пятнадцать минут, пока им перезвонят из главной. Так что обычная релейная точка, где какой-нибудь парень или домохозяйка подрабатывают себе на жизнь, сидя на горячем стуле, до сих пор остается обычным методом работы букеров. – А многих баб вы залавливали на телефонных точках? – Еще сколько! И на точках, и в главных конторах. Говорят, организация Реда Скалотты платит клерку на телефонной точке полторы сотни в неделю, а в главной конторе – все три. Неплохая зарплата для женщины, к тому же не облагаемая налогом. Клерк с точки может иногда попадать в тюрьму, но для нее и это не очень-то страшно. Организация платит за нее залог и оплачивает все судебные издержки. После этого они тут же начинают работать снова. Почти никто из судей не отправляет букмекера в тюрьму округа, особенно если это женщина. А в тюрьму штата вообще никогда и никого за это не сажали. Я знаю парня из южного района города, у него больше восьмидесяти арестов за букмекерство. Он все еще работает. – Похоже, неплохой у них бизнес. |
