В этот период отчаявшийся было Рэнди вернулся в Америку и познакомился с художницей Кэрол Холли (как раз подносившей ему вторую порцию виски). Она была довольно известной, устраивались ее выставки, ее хорошо знали в кругах артистического бомонда. Она подала Рэнди идею отказаться от музыкальной карьеры и попробовать силы в рок-журналистике. С ее помощью он устроился в газету «Рок-н-ролл гитар ревью», но не достиг особых успехов и на этом поприще. Пробиться к самым ярким звездам американской рок-сцены не получалось, Рэнди вынужден был довольствоваться материалами поскромнее. Его интервью и репортажи появлялись, как правило, не на первой странице. Редактор смотрел на него косо. Рэнди Стил балансировал на грани увольнения.

Но теперь у него были деньги. О, наконец-то у него были деньги! Правда, он их не заработал. Просто на одной презентации в Нэшвилле в него влюбилась дочь богатого бизнесмена из Теннесси, на которой он недолго думая и женился. Узнав об этом, Кэрол пожала плечами и выдала банальную сентенцию наподобие того, что в жизни каждый устраивается, как умеет. Однако она не обиделась на Рэнди и не бросила его.

Ибо при всем своем легкомыслии и многочисленных пороках, среди которых пьянство и лень занимали не последнее место, Рэнди Стил отнюдь не относился к людям, для которых выгодная женитьба является пределом мечтаний. Да, он хотел денег и не отказался от них, когда они сами приплыли к нему в руки; но он жаждал большего. Он хотел СОСТОЯТЬСЯ. Стартовым условием мог быть удачный диск (Рэнди не расставался с мыслью о карьере супергитариста) или сенсационный репортаж — не обязательно о музыке, или… Словом, все, за что мог прочно ухватиться тридцатидвухлетний американский парень, не слишком обремененный образованием и связями, которому не очень везло в жизни, но у которого все в порядке было с головой.

Поэтому можно понять радость Рэнди, когда Кэрол позвонила ему и пригласила в Сарасоту на ежегодную церемонию вручения «Янтарного микрофона» — престижной музыкальной премии. Рэнди знал, что на этих церемониях бывают не только певцы и композиторы, но и писатели, художники, скучающие денежные мешки. Если повезет, то здесь можно урвать шикарное интервью или даже стать свидетелем волнующего скандала (тогда ему не приходило в голову, что самый волнующий скандал устроит как раз он). Кроме того, Рэнди радовался предстоящей встрече с Кэрол, которую не видел больше года.

На церемонии они сидели во втором ряду, и когда вручали «Янтарные микрофоны», Рэнди представлял на эстраде себя и находил, что выглядел бы много лучше этих надутых индюков и индюшек. Потом некий миллионер давал элитный прием на борту своей фешенебельной яхты «Санлайт Уорриор». Разумеется, никто и не подумал о каком-то Рэнди Стиле, но Кэрол была в списке допущенных и провела его с собой.

В полночь «Санлайт Уорриор» под грохот фейерверка вышла в Мексиканский залив. В мягко освещенном салоне толпились умопомрачительно разодетые звезды и звездочки в окружении гораздо более именитых журналистов, нежели Рэнди Стил. Сначала он пытался пробиться кое к кому поближе, но это была явно не его ночь. Тогда он принялся кружить по далеким орбитам, ловя обрывки фраз и мучительно соображая, как организовать эту кучу мусора в мало-мальски приличный репортаж. Как назло Кэрол, атакованная двумя агрессивными собратьями Рэнди по перу, не могла помочь ему. В конце концов он плюнул и хмуро поплелся к барной стойке.

Вечеринка разгоралась под пение Энни Шортер, которую Рэнди терпеть не мог и которая привела его в еще более ожесточенное расположение духа. Он мрачно истребил три бокала мартини, захватил с собой бутылку «Метаксы» и протолкался сквозь заслон танцующих тел к почти свободному столику. Там сидел лишь один седовласый пожилой джентльмен весьма благообразной наружности.