«Печаль прият мя». «И паки помянух пророка глаглюще: видех неразумеющая и стоях и сего ради от жалости сердечныя убедих соживущую со мною братию, еже кто чел, еже все свое упование спасения полагати во святом писании: „И поведаю всякому, яко се есть Царский путь“».
Как ни тонко лавирует Павел, а в этих словах он высказался весьма ясно. Возбуждая в расколе безусловное почтение к евангельскому учению, он, разумеется, отодвинул и еще более отодвигает своих последователей от подчиненности авторитетам, из которых «кийждо своя ереси нововымышляя» попирал то одно, то другое право личности, вовсе не в интересах, давно не существующих, прежней, широкой общинности, а часто в интересах «вымышленныя ереси».
«Царский путь», распространяясь далеко по федосеевскому расколу, сделал свое дело, и «Сборник о браках», изданный после него через год, упал уже на готовую почву, разрыхленную Павлом посредством «Царского пути».
Как ни ясен план этих изданий, но большинство последователей Павла его не понимали и за сборник брались только любопытства ради.
Павел начинает эту книжечку очень скромным предисловием: «Мнози мужие, — пишет он „от издателей“, — в нынешния времена бывшия прежде нас, ведущий божественное писание, писаша о тайне брака, яко в неприсутствии иерея, по нужде может и без священнословия брак совершиться и есть тайною и тайною святою, от Бога установленною, Христом утвержденною, ибо от человека тайна не уставляется (катехизис, гл. 33), их же писания мало где преписана обретаются и могут погубитися. О чем и сожалехом и елико обретохом потщахомся для пользы многих типографским художествам оныя издати, и да незабвенна бует оных мужей ревность и труды, имиже о правде боряхуся от блуда».
«А понеже их писания много и пространна бяху, а мы немощны, все вполне напечатати не могохом: но малая некая из оных, еже токмо мнехом нужнейшая быти избрахом, а иная за безсилие и за тожде подобствия оставихом: в сочинениях же смысл сочинителей весь цел соблюдохом, токмо некая укоризненная словеса оставихом, — да не ко свару, рече, будут. Рабу бо божию не подобает сваритися, но в кротости наказывати». — «И тако сию книгу Сборник сочинений о браках часть первую напечатахом, — ревнующе и тщащеся браком, а блуду и тому последующим безчиниям входы затворити». — «Блуда ради кождо свою жену имать. Девство же, яко вольный дар Богу увещевающе не по нужде (как у федосеевцев, по неимению священства), но от усердия Богу приносити и не порочно соблюдати» («за веником», значит, уж не ходить к оставленной сожительнице, как у рижан).
В «Сборнике» сгруппированы сочинения, доказывающие необходимость брака; разговоры приемлющего браки старовера с старовером, не приемлющим браков; извлечения из книги Павла Любопытного; извлечение из книги «Двоположника», «что брак в Христовой церкви может производиться окроме священства», рассуждение о тайне супружества, «содержащее истинное доказательство, что брак в нужде и без священнословия может состояться»; о молитвах по рождении младенца; о послужении женам во время родов; извлечение из «Кормчей» о брацех не написанных и о том, что подобает наследити неимущим жен, и толкование, что значат слова «имущий жены, яко же неимущии будут».
Резюмируя все, составляющее павловский сборник, мы можем так формулировать апробованное им мнение о браке.
Жизнь с переменными женщинами и оставление своей подруги и детей, с нею прижитых, греховно. Самый принцип, во имя которого такая жизнь оправдывается, — безнравствен и ложен в своем основании, «противясь словесам евангельским». Брак есть тайна, «но вещь сея тайны есть муж и жена, совокупитися изволящии». |