— Мне что, голосовать, как уличной шлюхе? — возмутилась Сэнди.

Клемент подтолкнул ее к открытой дверце. Она спросила его, где он собирается остановиться.

— Не волнуйся — найду, — хмуро посмотрев на нее, ответил Клемент. Он явно был не в том настроении.

«Опять он за свое, — подумала Сэнди. — Ну что ж, придется мне стоять на углу Вудворд-авеню под любопытными взглядами чернокожих и ловить машину».

— Обо мне не беспокойся, — сказала она. — Лучше подумай о себе.

— А я думал о тебе, — продолжая смотреть в окно, ответил Клемент. — Иди сюда. Ты когда-нибудь была на верхнем этаже «Ренессанса»?

— Конечно, была. Я же там работала.

Он обнял ее за талию и притянул к себе.

— Двести с чем-то метров… Ты сидишь со стаканом коктейля в руке, а ресторан медленно вращается. Тебе на время становится виден кусочек Канады. Бросаешь взгляд на реку и видишь мост Амбассадор. Любуешься панорамой Детройта, а ресторан так медленно вращается, что о многом успеваешь подумать.

— Я твой пистолет в реку не выбросила, — неожиданно сказала Сэнди. — Я отдала его Мистеру Свити.

— Знаю.

— Хочешь, объясню, почему?

— Я знаю почему.

— Откуда?

— Я разговаривал со Свити.

— Злишься на меня?

— Н-нет, — неуверенно произнес Клемент. — Знаешь, когда я был там наверху, то думал о тебе.

— Да?

— Я звонил тебе, но твой телефон был занят.

Сэнди ничего не ответила.

— Я все думал, с кем же ты могла болтать. Не с албанцем же.

— Ну, я… — лихорадочно соображая, что же ей ответить, произнесла Сэнди.

— И тогда я решил, что ты говорила со Свити.

— Господи, какой же ты догадливый, — с дрожью в голосе сказала девушка и положила руку на плечо Мэнселла. — Да, я разговаривала с ним. Я знаю, ты не любишь, когда я курю травку. Но когда я нервничаю, мне просто необходимо покурить.

— Из-за чего же ты нервничала?

— Думала, что ты рассвирепеешь, когда узнаешь, что пистолет я не выбросила. Мне показалось, что будет лучше, если я отдам его Мистеру Свити.

— Понимаю, — ответил Клемент. — Но теперь еще один человек в курсе моих дел.

— Да ничего он не знает! Ему известно только о пушке.

— Тогда почему он так перепугался? Почему просит срочно забрать пистолет? Я ему сказал, если боится держать пушку дома, пусть утопит в реке. А он мне в ответ: «Не желаю связываться с засвеченной пушкой. Раз она твоя, ты сам от нее и избавляйся». Интересно, откуда ему известно, что пушка засвеченная?

— Может, его копы допрашивали. — Сэнди не успела договорить, как поняла, что допустила ошибку. Но было слишком поздно.

— Да, это мысль, — сказал Клемент и крепко сжал ее плечи. — Тебя они тоже допрашивали, да?

Сэнди показалось, что потолок рушится, а стены сдвигаются. Стало трудно дышать, как будто она вдруг очутилась в гробу. Ей стало страшно.

— Я целый день так за тебя волновалась, — пролепетала она. — Не знала, где ты, что с тобой…

— Они к тебе сегодня приходили?

— Да. Заходила тетка-сержант. Спрашивала, известно ли мне что-нибудь о пушке. Но не очень настаивала…

— Дурачила тебя, — заметил Клемент.

— Да.