— Понимаю, но нашего на всех не хватит. Если только, — он повернулся к мужчине в хирургической пижаме, встретившего рейдеров возле входа в отделение. — Нужен спирт, и вода для разведения.

— Для чего? — мужчина потер лоб.

— Для лекарства. Вы что не заметили, как вас всех ломает в последние часы? — Грубер посмотрел на вытиравшего лоб коллегу сочувственно.

— Лекарство? От чего? Это все-таки какой-то вирус?

— Слишком много вопросов, — Грубер вытащил спораны и отделил парочку. Остальные снова ссыпал в кожаный мешок, заменяющий ему кошель, со стягивающей горловину веревкой. — Пройдем к людям, чтобы не повторяться. И спирт мне дай, а то загнешься скоро.

Хирург внимательно посмотрел на Грубера, и, видимо, что-то увидел такого в его глазах, что заставило кивнуть и, скрывшись ненадолго в недрах пультовой, выйти обратно в коридор уже с бутылкой, заполненной спиртом. В другой руке он нес пятилитровую пластиковую бутылку с обычной водой.

— Вот, что-то еще надо? — он передал и спирт и воду Груберу. Тот только покачал головой.

— Вроде, нет. Иди к другим, я сейчас лекарство набодяжу и присоединюсь ко всем вам, — Грубер в это время нашел пустую бутылку из-под воды, и теперь растворял спораны в спирте, не глядя на смотревшего на него хирурга, тщательно отслеживая, что он делает и что у него получается. Хирург, видя, что от этого сумасшедшего мало чего можно добиться, постоял возле Грубера с минуту, и направился в кабинет, где Снегирь уже рассказывал, внимательно смотрящим на него иммунным, что такое Стикс, и как они все попали.

Грубер быстро справился с поставленной перед ним задачей и пошел поить выживших живчиком. Он вошел в тот самый момент, когда Снегирь начал говорить про этот коктейльчик, который с этого дня становится ежедневной добавкой к рациону, иначе никак, иначе кирдык.

— Почему вы нам помогаете? — хмуро спросил еще один медик на этот раз в синей хирургической пижаме.

— Потому что новичкам положено помогать, — пояснил Грубер. — Только, давайте договоримся, крестными мы вам не будем. Слишком уж вас много, чтобы каждому погоняло придумать. Мы вас вывезем отсюда в один стаб, где вы и попытаетесь освоиться, разобраться что к чему и определиться, как жить дальше будете.

— Да как здесь вообще можно жить?! — воскликнула молодая совсем девушка, закрыв лицо руками.

— В перспективе вечно, — Гребер редко миндальничал со своими собеседниками, и к женщинам это правило тоже относилось. — Ну вы пока продолжайте слушать доброго и умного Снегиря, а мне нужно кое-куда сходить. — Снегирь обернулся к нему и приподнял вопросительно бровь. — Где здесь больничная аптека?

— Эм, Снегирь же говорил, что обычные медикаменты для им… иммунных, бесполезны, — тихо и постоянно спотыкаясь о непривычные слова и выражения, спросила одна женщина, в этот момент гладящая мурчащую кошку.

— Они мне нужны не для того, чтобы лечиться, — ответил Грубер, пристально глядя на нее. — Где она? Внизу?

— Внизу, — кивнула женщина. — Прямо от приемного покоя до перехода в другое здание, там несколько складов моей вотчиной были. Вот ключи, если нужно, — и она протянула связку ключей Груберу.

— Вот так просто? Вязли и отдали?

— Знаете, после того как на тебя начинает нападать старшая медсестра хирургии, пришедшая за медикаментами и выглядящая в этот момент как сошедший с экрана зомби, начинаешь верить во что угодно. А после этого вашего… живчика мне действительно полегчало. К тому же, — она закатала рукав на правой руке.