– Радар может принадлежать «призракам».

– Придется рискнуть, – сказала Невес.

В ее голосе все сильнее слышалось напряжение – но она оставалась спокойной, словно выполняла тренировочное упражнение. Лок глядел в ее лицо, в темно-карие глаза, закрытые лицевой пластиной, недосягаемые. Он говорил о том, чем они займутся, когда вернутся на Землю, но Невес приказала заткнуться, чтобы экономить воздух. Они висели, сцепившись. Лок видел, как затуманивается ее взгляд, и попросил ее не засыпать. А затем сказал себе, что она всего лишь спит.

Он говорил и говорил с ней. Во рту пересыхало, и, хотя Лок то и дело тянул воду, она не утоляла жажды. В конце концов он прекратил пить, боясь, что вода кончится раньше воздуха. Лок включил радио – но никого не обнаружил. Звезды медленно кружили вокруг. Лок крепко сжимал капитана Невес. Он понимал, что умрет, – но ему было наплевать. Он в любое время мог отключить обмен воздуха. Без него уровень углекислого газа постепенно поднимается, появляется сонливость, приходит забытье – и смерть. Неплохая тихая смерть.

Лок больше не видел станции. Из всех звезд вокруг ярчайшей было Солнце, за которым неотрывно следовал голубой серпик Нептуна. Он восходил у левого колена, миновал бедра, плечи, исчезал над головой.

Наверное, Лок уснул, потому что вдруг послышался голос. Лока захлестнула радость. Невес! Она очнулась!.. Но голос был чужой, звавший по имени его и капитана.

Сбоку сверкнуло, включилось и выключилось бледное пламя выхлопа, и Лок внезапно понял, что между ним и Несо повисла тень. Она разрослась, приобрела очертания. Корабль. Фрейтер вернулся…

Нет, это не его тонкий как бритва профиль, но нечто прямоугольное, тяжелое – подобравшийся вплотную буксир дальних. Лок включил аварийный маяк и нашлемный фонарь, направил на корабль. Вблизи хорошо виднелся каркас грузового трюма, округлое окно рубки. Различались даже дефекты черной краски, местами облупившейся и показывающей розовое нутро под ней.

У подбородка вспыхнул огонек. Кто-то пытался заговорить по общему каналу. Лок переключился на него, сказал, что сам жив и невредим, но партнеру нужна помощь.

– Поспешите, пожалуйста, – взмолился Лок.

– Сейчас будем, – пообещал женский голос.

Лок вздрогнул. Это была Мэси Миннот.

Часть пятая

Колокола свободы

1

Свободные дальние убегали к Солнцу – восемь кораблей, триста с небольшим душ. Те, кто выжил на станции переговоров, и те, кто сумел покинуть колонию за час, данный на сборы «призраками». Их корабли сели рядом с поселком перед атакой на бразильский фрейтер. Дроны с тепловыми копьями тут же принялись выкашивать поля вакуумных растений вокруг Стремления, а на алмазный купол колонии спроецировали послание десятиметровыми буквами. Свободным сообщалось, что объявлена святая война за освобождение Внешней системы от оккупантов. Свободные дальние могут присоединиться к ней – либо немедленно покинуть систему Нептуна. Свободные попытались выйти на связь с «призраками» и обнаружили: то же самое известие все время передается по всем каналам. Ньют рассказал Мэси, что буквально за минуту взял мешок с аварийным набором всего нужного, заранее подготовленный на случай срочной эвакуации, подхватил близнецов и кинулся прочь по туннелю, к «Слону», чтобы запустить реактор и сняться до истечения срока ультиматума.

– Настоящее совсем не походило на наши репетиции, – добавил Ньют. – Хан и Хана понимали, что мы не играем, но справились отлично.