|
Ближайший к Угрюмому скелет присел, пропуская удар длинной, как небольшое весло, дубины над собой. При этом немёртвый успел полоснуть Клёппа по ногам своим мечом, но попал по намотанным на Клеппа шкурам, и, похоже, не прорубил толстую шерсть медведя. Клепп с неожиданной для его размеров быстротой тоже присел, опуская щит, а потом выпрямился, одновременно ударив щитом снизу вверх. Он буквально выстрелил мертвецом в море, тот с металлическим лязгом вылетел за борт, увлекая за собой второго, одновременно распадаясь на части. Третьего, умело заблокировав его меч своим топориком, взял на себя сын Вальдгарда. Он пригнул тварь к земле, и остальные раздробили исходившие зелёным тусклым поганочным свечением, кости.
Хродвальд опустился, ища свой меч. Нашел не сразу — не иначе кто то пнул клинок в суматохе. Рядом вспыхнуло зелёным, и страшно закричал человек. Ярл обернулся, и увидел, как один из его воинов оседает на землю, а плоть его, охваченная призрачным пламенем, стекает словно воск в печи. Ярл не смог узнать этого бойца. Хродвальд посмотрел на палубу. Бой длился не больше десятка вздохов, но остальные враги уже успели прийти в себя. Они собрались тесной группой, и двигались к корме. Впереди шли явно местные бонды. Великолепные доспехи! Стальные, плотно подогнанные чешуйки на груди, металлические шлемы, выпуклые щиты с железными умбонами. Почти у всех мечи! За ними, очевидно, шли треллы — нет доспехов, вооружены тяжёлыми короткими тесаками и маленькими щитами. Рядом свистнула стрела. Хродвальд пригнулся и прикрылся щитом. На носу стоял окутанный зелёным светом колдун, с такими же черными узорами на лице, как тот вожак мертвецов, который говорил с молодым ярлом на берегу. Этого тоже прикрывали двое, но на этот раз живых. Судя по испуганным лицам, двое трэллов с огромными щитами. Узоры на лице некроманта налились непроглядной тьмой, словно впитывая в себя серебряный свет ночного светила и призрачный зелёный огонь исходящий от самого некроманта. Рядом с колдуном стоял выкрикивающий приказы седой старик, тот самый, похожий на торговца. И ещё несколько человек, со странными, укрепленными на деревянных ложах толстыми луками. Сейчас они лихорадочно натягивали свои странные луки специальными рычагами. Хродвальд заорал: — Стена щитов! — северяне бросились вниз на палубу, где уже бешено отбивались от наседающих южан несколько человек с Кранком Деревянная Стена в центре. — А я всё ещё жив! — орал Кранк, ловко орудуя топором. Справа его прикрывал Айван, принимая удары на щит и отвечая на каждый, компенсируя недостаток мастерства дикой яростью. В его хриплых вскриках угадывалось выкрикиваемое по слогам имя дочери. Хродвальд решил, что надолго его не хватит, но вот подоспели Скъёдлинги, оттеснив его назад, и дав передышку. Некромант выкрикнул странные слова, болью отдавшиеся в ушах, и рядом с ним, прямо в воздухе, начали появляться сотканные из полупрозрачного зелёного огня зловещие черепа. Широкими взмахами он отправлял их наверх, на карниз, откуда густо летели стрелы. Поток стрел прекратился. Южане собрали подобие строя и усилили натиск. Хродвальд бросился на палубу, на помощь своим. Внизу он увидел прямоугольный проём, под которым сидел молодой трелл. Хродвальд закинул щит за спину, и схватил его за волосы, чтобы оглушить и взять в плен. Но вытащив его под серебряный ночной свет, увидел черную вязь татуировок на лице. Не задумываясь, он приладил голову мальчишки к краю люка, и уверенным, точным движением перерубил тонкую шею. Тело упало вниз, а голова осталась в руке ярла. Хродвальд увидел, как над ним пролетел чудовищный снаряд колдуна. Порождение тёмной магии похожее на огромный, охваченный зелёным огнём череп, тихонько подвывало, и отчётливо клацало нечеловечески длинными, заострёнными зубами. Летел он не так быстро, как стрела, и поэтому Клёпп, в которого целила тварь, успел вскинуть щит. Призрачный снаряд исчез в тусклой зелёной вспышке. |
