Глава 9. Свои люди

Хродвальд считал свое добро. Это было дело, которое он любил больше других.

Путь от Хмельного Фьорда до Фьорда Семи битв на драккаре занимал не больше двух дней. Но не сейчас, когда кроме старого драккара “Веселая Мертвая Голова” самого Хродвальда, и Рафнсвартра, который Хродвальд еще не до конца чувствовал своим, с ними шло десять кнорров. Маленькие лодки, которые могли идти только под парусом, не могли слишком далеко уйти от берега, боясь потеряться в тумане. Приходилось огибать далеко вгрызающиеся в море скальные клыки фьордов. Путь занял четыре дня.

Хродвальд всегда был рад, когда ему удавалось побывать в Браггихольме, и всегда с сожалением уплывал из него. Но в этот раз он почувствовал радость, когда его драккар покинул Хмельной Фьорд. Сразу после пира начали прибывать родственники тех, кто ходил с ним в плавание, и им приходилось отдавать доли их погибших мужей, или отцов, или братьев. И все эти люди думали, что Хродвальд их хочет обмануть.

К счастью Атли был опытен в таком деле и прозорлив с людьми. Он мудро разделил добро, что они взяли на южном берегу. Каждому из павших досталось по нескольким тюкам материи и железный инструмент. Большая ценность. Те что остались живы, получили по тесаку, которыми были вооружены матросы галеры, и по щиту, и многим достались шлемы и броня.

Пластинчатая броня, что была снята с южных бондов, была слишком дорога для простых людей. Две штуки взял себе Хродвальд, одну Атли, и одну, подумав, решили отдать семье Кленга. Его родственники, а особенно родственники его вдовы, богаты и сильны многочисленной родней. На деле же вышло, что увидев такое богатство, вдова Кленга решила, что её точно обманули. И не додали многого.

Бочонок с золотом и серебром Атли отдал Брагги. Бог требовал чтобы золото и сребро всегда отдавали ему. Хродвальд успел забрать себе только массивные золотые запястья, с убитого на галере колдуна. Вторые золотые запястья, не такие массивные, но куда более искусной работы, Нарви снял с убитого некроманта на берегу, но Хродвальд этого не знал.

За такой бочонок серебра можно было купить еще один драккар, думал Хродвальд, но у Брагги было другое мнение.

Хродвальд не стал спорить.

И чтобы не спорить и не с кем другим, он уехал. Оповестив всех, что теперь за своей долей они должны идти в Браггихольм.

Пусть кричат и требуют у Брагги.

С ним ушли только Айвен, Нарви, Веслолицый и Клепп, остальные, как Атли, либо решили задержаться и полечиться в Браггихольме, либо, как Скъедингов, их стадиры были ближе, если ехать от Браггихольма. А может, они боялись что Торвальд Широкие Объятия оберет их, если они придут со своим добром прямо в его стадир.

Хродвальд любил своего старшего брата, и знал что тот добр к домочадцам, ласков с женщинами, и щедр со своими хирдманами. Но он бы тоже не стал ехать к Торвальду со своим добром, если бы не был его братом.

Брагги послал с Хродвальдом двенадцать своих хирдманнов, во главе с Оддруном, которые должны были помочь довести драккары, а потом вернуться в Браггихольм на кноррах. Это означало что Торвальду придется кормить неделю, а может больше, дюжину наглых разбойников, которые будут приставать к женщинам, как кобели, и жрать, как три свиньи каждый. Но у Хродвальда не было людей, и значит Торвальду придется это сделать.

Хродвальд посадил их на Рафнсвартр, а сам остался на Веселой Мертвой Голове. На старом драккаре можно было управиться с парусом и вчетвером.

Атли оказался почти таким же хорошим торговцем, как Торвальд. Не зря они не любили друг друга. Старый скальд смог сделать так, что из десяти хороших мечей, что они взяли на галере, у Хродвальда осталось только четыре.