На самом деле, то был не крик. Как описать звук грома? Или треск дерева? Или грохот лавины? То, что выходило из его горла, сшибало с ног, било в живот дубиной, выбивало зубы и намертво оглушало.

Я убрал руки с ушей, лишь когда увидел, что хирдманы Лейфа это сделали. Покрутил головой, осторожно постучал возле уха, проверяя, оглох я или нет. Всё звенело и кружилось. Впрочем, Вигге пришлось ещё хуже. Он был ближе всех и уши прикрыть не догадался. Несколько мгновений он стоял, замерев на месте, а потом вдруг рухнул на колени и проблевался.

Как через густую толщу тумана до меня донеслись слова Альрика:

— Так ты тот самый Лейф? Лейф Рёв?

Голоса Лейфа я не услышал. Уж слишком тихо он говорил, когда не орал.

Когда мы вернулись к кораблям, торговец собрал всех и сказал, что не потерпит споров и драк между нанятыми хирдманами и, тем более, хёвдингами.

— Я лучше похороню отца годом позже, чем буду смотреть, как вы режете друг друга. Если кто-то не согласен, может прямо сейчас уходить с острова.

Лейф спокойно кивнул. Среди рослых подчиненных он смотрелся мальчишкой. Вигге презрительно фыркнул, оттолкнул своего воина и пошел обратно к распадине.

Альрик сказал:

— Стоит каждому хирду дать отдельное задание. Мы в строительстве не сильны. Можем поохотиться, пособирать плавник, помочь с лагерем.

Кьелл согласился.

— Только далеко не отходите. Хоть деревьев почти нет, но местные могут спрятаться даже на открытой поляне. И еще здесь хорошая рыбалка.

Мы не спеша выгрузили кое-что с корабля, раскинули небольшие шатры из плотной шерсти, затем Альрик отправил меня, Тулле и Стейна за плавником. Заодно сказал залезть на гору, осмотреться, понять, что где находится и нет ли поблизости еще одной удобной бухты.

— Кажись, Беззащитный ждет подвоха, — сказал Стейн, когда мы отошли подальше.

— Еще бы понять, с какой стороны, — ответил Тулле.

Мы прошлись по черному берегу, уперлись в крутой выступающий мыс и решили тут подняться наверх, раз уж дальше идти не получается.

Еще безрунным мальчишкой я любил забираться на деревья и скалы, на первой руне это спасло мне жизнь. А сейчас лезть по отвесному склону было так же просто, как идти по песку: я повисал на двух пальцах, подтягивался, перескакивал с выступа на выступ. Главное — правильно выбрать зацепы, так как многие из них покрыты мхом, а тот легко соскальзывал с камня.

Когда мы поднялись на вершину, я вдруг подумал, что местные жители не слабаки и тоже умеют прекрасно лазать по горам. Карлы, хускарлы… А еще они лучше знают остров. Значит, наши корабли всегда будут в опасности, построим мы форт или нет.

— Смотри! Там дым! — окликнул меня Стейн.

Я обернулся и увидел плотные клубы дыма, которые поднимались длинной полосой где-то в глубине острова.

— Если это их селение, то там не меньше ста домов. И во всех них одновременно готовят похлебку, — с сомнением сказал Тулле.

— Надо посмотреть! Торговец говорил, что они живут хуторами. Не может один хутор так дымить!

И не слушая возражений Тулле, я побежал вниз по склону, перепрыгивая трещины и немалые разломы. Хвала богам, эта сторона была более пологая, чем морская. Затем я поднялся на пригорок и застыл с отвисшей челюстью.

Дымил не хутор, не деревня и даже не лесной пожар. Горела сама земля. В рыжевато-сером грунте пролегла черная река из пепла и камня. И в некоторых местах, я сам видел, прорывался красноватый огонь. Это было похоже на домашний очаг, в котором прогорели дрова, и черные угли тлели, перемигиваясь цветами. Только очаг этот был размером с дом. А чуть подальше виднелся еще один.