В тот вечер, когда Рори в гордом одиночестве пришел в гостиницу «Старый Корабль», прежде чем отужинать в обеденном зале, он решил пропустить стаканчик мадеры в баре. За ужином, после устриц, за которыми последовало жаркое из саутдаунского барашка, ему подали легкий как пух пудинг с самым изысканным винным соусом их тех, что ему когда-либо приходилось пробовать.

Софи опять пошла домой берегом моря, будучи абсолютно уверена, что теперь, когда в город приехал целый отряд вооруженных таможенников, контрабандистов она уже точно не встретит. Море и песок серебрились под луной. Как обычно, она шла босиком, оставшиеся после отлива лужи приятно охлаждали ее уставшие за день ноги. Мысли Софи в основном вились вокруг ее нового назначения, полученного после такого печального случая. Она обязательно навестит завтра Гарри. Он будет рад тому, что именно она временно заменит его на кухне. Но лучше бы для подобного назначения нашлась иная причина. Она не видела и не слышала подкравшегося к ней в темноте мужчину, пока он не схватил ее сзади за плечи, и не развернул к себе лицом, прижав к холодной, поросшей водорослями скале. Она уже было собралась закричать, как рот ей прижала рука в черной перчатке.

– Именем закона, молчать! – крикнул незнакомец. – Я не намереваюсь причинить вам какого-либо вреда:

Онемев, она уставилась на него, не узнавая. Наконец, Софи поняла, что перед ней тот офицер, которого она видела уже дважды за сегодняшний день. Как только он убрал руку, Софи сердито зашептала:

– Зачем было так меня пугать? Судя по всему, вы уже давно за мной следите, неужели вы не могли подойти раньше!

Он сразу же узнал девушку, однако вида не подал.

– Вы бы могли убежать. Я капитан Морган из акцизной службы, и я хочу знать, что вы делаете на морском берегу в столь поздний час?

– Видите ли, я часто хожу домой пешком после работы в «Старом Корабле».

– А могу я поинтересоваться, что вы там делаете?

По правде говоря, вопрос этот капитан Морган задавал не только из служебного интереса.

– Прислуживала за столами. Однако с сегодняшнего дня назначена на должность повара.

– Слышал, что с французами в деле приготовления пищи никто не сравнится, и потому, смею предположить, вы эмигрантка.

Она кивнула, улыбнувшись.

– Могу ли я узнать ваше имя, мадемуазель?

Когда она назвала себя, он снова спросил:

– Ну, если вы утверждаете, что часто ходите этой дорогой, не попадались ли вам случайно на глаза лодки контрабандистов?

– А с чего бы им орудовать здесь, где столько подводных камней и скал?

– Да именно потому, что другие лодки здесь причаливать не станут. И кроме того, должен предупредить вас, что хотя их и называют джентльменами, свободными предпринимателями или нелегалами, ничего благородного в этих уголовниках нет. Напомню вам, что вчера они убили двух молодых парней, лишив семьи кормильцев, а детей-отцов.

– Знаю! – голос ее был исполнен боли.

Глаза его сузились.

– Вы говорите искренне? Вы что, были знакомы с одним из них?

– Пару раз я подносила им эль в пивной «Старого Корабля».

– Мне кажется, вы хотите рассказать мне что-то еще, я прав?

Софи хотелось довериться капитану, но ей нельзя было забывать и о своем обещании Кларе. Она решила отложить объяснение.

– Знаете, уже довольно поздно, и хозяйка, у которой я снимаю квартиру, будет волноваться. Лучше я сама завтра приду в таможенную управу.

– В этом нет необходимости. Завтра я буду допрашивать весь обслуживающий персонал «Старого Корабля» прямо в гостинице. Последний раз моих людей видели живыми именно в тамошней пивной.