Подобно стволу огромного дерева, на берегу покоилось чудовище, его хвост оставался в воде, а голова лежала на прибрежных камнях.

— Не приближайтесь! Он убьет вас! — донесся до них голос Ясеники.

Мара осторожно двинулась вперед, глядя в широко открытые глаза чудовища, затянутые белой пеленой:

— Он мертв!

Прижавшись спиной к камням, Пиккль стоял вместе с Нордо.

— Мертв? Интересно, кто же мог убить такое чудовище?

Мара приблизилась к голове змея и обошла ее, затем притронулась к стальному клинку, который торчал из черепа:

— Вот что убило Хозяина Глубин!

Она ухватилась за рукоять и выдернула сверкающий меч!

Крик изумления пронесся среди землероек, столпившихся на утесе. Глинушка осмотрела голову змея, размышляя, пока Мара обмывала меч в озере.

— Кто-то ранил это чудовище своим мечом, но оно уплыло. А когда попыталось закрыть пасть, оно только вогнало меч глубже и убило себя. Вчерашняя буря выбросила чудовище на берег.

Мара бережно держала меч. Он сверкал и сиял в солнечном свете, совершенно неповрежденный и острый как лезвие бритвы.

— Что ты думаешь о нем, Глинушка? Он слишком мал для барсука, а для землероек слишком велик.

Старая барсучиха осмотрела меч:

— Воин, который носил его, был, несомненно, превосходным бойцом. Этот меч сделан барсуком — я слыхала о таких вещах, — ничто не может повредить его клинок.

Пиккль вырвал из хвоста волосок и бросил его на лезвие. И тут же присвистнул от изумления:

— Ну, ребята, мы должны быть благодарны тому, кто убил это чудище. Теперь озеро свободно!

Землеройки радостно закричали и стали готовиться к отплытию. Урт Белый снова взобрался на утес и принес оттуда обе лодки, затем в них погрузили съестные припасы. Вскоре землеройки мерно взмахивали веслами:

— Мы камни и мели оставим в сторонке -

Погода оставалась прекрасной, и лодки все летели и летели вперед, пока остров не превратился в маленькую точку на горизонте. Лог-а-Лог, ориентируясь по солнцу, прокладывал курс.

Утром Урт Белый осторожно поднялся и потянулся, расправляя затекшие лапы и поигрывая мускулами. Внезапно он указал вперед и закричал:

— Смотрите, там какие-то темные тени в воде! Холодок страха пробежал по спинам гребцов. Что если тут живет еще один Хозяин Глубин? Вполне возможно, что у него есть подруга, которая теперь горит желанием отомстить за его смерть.

Лог-а-Лог отдал приказ сушить весла. Две лодки неподвижно замерли в воде. Мара обратилась к Пикклю:

— Давай, Фолгер. У тебя хорошее зрение, забирайся мне на плечи и посмотри.

Балансируя на плечах Мары, Пиккль прикрыл глаза лапой и растопырил уши:

— Лог-а-Лог, здесь твои друзья. Кто-то выкрикивает твое имя Логалогалогалог.

— Это землеройки из Гуосима! Им нужна помощь! Гребите! Логалогалогалог!

И две лодки заскользили по воде, которая стремительно убегала за кормой.

Приветственный крик вырвался у команд трех лодок, когда Самким, спрыгнув, спустился вниз с плеч Алфоха и Арулы.

Молодая кротиха шутливо, но весьма чувствительно похлопала бельчонка по спине:

— Самким, ты отличный кричалыцик! Они услышали тебя. Смотри, плывут сюда. Да, Алфох?

Предводитель землероек сердечно потряс бельчонку лапу:

— Никто так здорово еще не выкрикивал клич Гуосима! Мы, пожалуй, сделаем из тебя настоящую землеройку!

Пять лодок встретились на бесконечной глади озера, и поначалу все примолкли. Лог-а-Лог стоял на носу своей лодки, гордо показывая Черный Камень, висевший у него на шее. Команды всех пяти лодок низко склонили головы в знак признания его власти над всем Гуосимом, затем раздался счастливый крик:

— Да это колония Алфоха с берега озера!

— Эй, Нордо, как поживает твое весло? Дружеское похлопывание по спине и крепкие лапопожатия говорили о теплых чувствах, которые связывали землероек.