Самким понял Алфоха с полуслова, вид рассвирепевшего барсука и охваченных паникой хищников говорил сам за себя. Подталкивая Арулу впереди себя, бельчонок последовал за отрядом землероек по проходу, который спиралью шел внутрь Саламандастрона.

Денежка вошла в кузницу с колчаном стрел. Она протянула его Бычеглазу:

— Это последние. Больше нет! Бычеглаз усмехнулся:

— Хорошо, старушка. Сражайся пращой, Денежка. Посмотри на Меховичка, он швыряет камни, как бешеный. Хочешь услышать добрую новость, старушка? К нам на выручку подоспел отряд землероек, они сражаются на нижних уровнях.

Меховичок со страхом оглянулся через плечо:

— Смотри! Они уже позади нас!

Неся на плече весло и пращу, Арула весело склонила голову:

— Мы не позади вас, зайцы. Мы с вами!

— Рад встретиться с вами! — Бычеглаз обменялся лапопожатиями с Алфохом и Самкимом. — Наверное, лучше отложить более близкое знакомство до окончания войны, так?

Самкиму ужасно понравился большой заяц. Схватив меч обеими лапами, бельчонок вновь приготовился драться и кивнул:

— Согласен!

Лес весел, пращей и рапир вырос позади Самкима и Бычеглаза. Заяц отложил лук и взялся за копье:

— Эу-у-ула-а-а-лиа-а-а!

— Рэдво-о-о-олл!

— Логалогалогалог!

Услышав боевой клич, отряд, сражавшийся внизу у главного входа, подхватил его.

Для банды Фераго битва была безнадежно проиграна. Клитч убил двух ближайших к нему хищников и, упав на ступеньки, прикрылся их телами, прикинувшись мертвым. Отрезанный от своих основных сил, небольшой отряд хищников сражался с отчаянием. Мара была полностью захвачена жаром схватки. Впереди нее сражался Самким, его мордочка сияла азартом битвы, когда он прокладывал путь сквозь редеющие ряды хищников. Мертвым телам уже некуда было падать. Наконец Мара и Самким встретились в центре битвы. Внезапно все стихло. Победа!

Звери, которые только что кричали и отчаянно сражались, вдруг примолкли. Тела друзей и врагов валялись вокруг, будто листья после осеннего урагана.

Голос Денежки, усиленный эхом, пронесся по всей горе:

— Бычеглаз, я хочу выйти на солнышко! Бычеглаз ласково погладил ушки зайчихи и огляделся:

— Кто же из нас этого не хочет, Денежка? Пойдемте все вместе на свежий воздух.

Когда они выбрались наружу, Мару вдруг схватила за лапу Глинушка.

— А-а-а-а-а-а! — послышался страшный стон старой барсучихи. Глинушка выпустила лапу Мары и кинулась бежать. Мара тоже чуть было не закричала, увидев то, что открылось глазам Глинушки, и бросилась за ней.

Урт Полосатый лежал, смертельной хваткой сжимая горло Фераго Убийцы. Оба были мертвы. Рядом стоял Урт Белый и плакал как маленький.

Глинушка разомкнула смертельные объятия Урта Полосатого. Когда она снимала с шеи горностая золотой медальон, к ней подошли Сапвуд и Бычеглаз. Оба зайца низко склонили головы.

Глинушка одной лапой перевернула мертвого Фераго:

— Возьмите его и бросьте в море. Он не заслуживает погребения в земле.

Ослепшая от слез Мара смотрела, как Глинушка надевает медальон на снежно-белую шею Урта Белого:

— Когда-то он принадлежал моему отцу, потом твоему отцу. Он должен был достаться твоему брату Урту Полосатому, но теперь принадлежит тебе. Носи его с гордостью.

Мара опустилась на колени и крепко обняла тело Урта Полосатого. Слова смешивались со слезами:

— Я вернулась слишком поздно. Теперь я не могу рассказать тебе о том, что таится в моем сердце. Я долго скиталась, прежде чем вернуться домой, но за это время я поняла то, чему ты пытался научить меня.