|
— Я знаю, — сейчас Джек ненавидел себя за собственную беспомощность. — Оставайся на связи. Я хочу посмотреть на него чуть ближе. — Договорились. Джек ждал. Через час на экране показались контуры орудийных башен. Джек загерметизировал бронекостюм и отправился на рулевой мостик. Харкинс кивнул, заметив его. Джек спросил: — Как близко они находятся? — С полчаса полета. — А сколько времени осталось до стыковки? Штурман посмотрел на Джека каким-то нервным взглядом: — Мне придется разбиваться в щепки? — Да, если это будет надо. — Кажется, это произойдет одновременно. Правда… — Да? — Правда, я не думаю, что они собираются протаранить и нас и спасательный модуль. — Алад рассмеялся. — Но это только теоретически… Харкинс молчал. Он наблюдал за имитацией стыковки, которая проигрывалась сейчас на экране его компьютера. — Почему ты так говоришь? — Потому что мы сделали небольшую корректировку скорости и траектории, чтобы согласовать свой полет с модулем. Пока я не вижу, чтобы незнакомцы делали то же самое. Если они будут следовать тем же курсом, что и сейчас, а мы тем, который задал Харкинс, они пройдут над нами в полусотне метров. Джек посмотрел на экран Харкинса. — В таком случае будем ждать, а там будет видно. Компьютер показал успешную стыковку. Харкинс взглянул на Джека. Тот кивнул: — Отличная работа, пилот. Только не забудь о незнакомце, когда все будет происходить наяву… если он промахнется… Харкинс моргнул глазом и кивнул в ответ: — Учтем, командир. Он снова занялся компьютером: — Алад, отслеживай точнее! * * * Элибер очнулась от острой боли в теле. От холода короткие волосы стали дыбом на ее обнаженных руках. Она поежилась. Калин, сидевший напротив, тоже очнулся. Для старика, проведшего сутки в медитации, он вскочил на ноги слишком проворно. Калин одернул свою синюю робу и нашел в кармане конфетку. Он разделил ее пополам и протянул одну часть Элибер. — Что это? — спросил он встревоженно. — Я не знаю, — ответила она. Люди вокруг них стали приходить в себя. Они были пьяны от спертого воздуха. От конфеты у Элибер исчезла сухость во рту. Информация была довольно-таки скудной. Она знала, что в этом были виноваты не только те, кто управлял модулем. Очевидно, часть оборудования обветшала. Они давно уже летели вслепую и, кажется, будут летать так до тех пор, пока не состыкуются с кораблем, или… или до тех пор, пока у них не кончатся запасы. Палуба под ногами тряслась так, как будто они ехали на телеге по кочкам. Калин протянул ей руку, и они сумели удержаться на ногах. Роулинз махнул из другого конца отсека. Он пробирался к ним. — Сержант Лассадей говорит, что это либо захват рукой-манипулятором, либо стыковочный маневр. Элибер улыбнулась, услышав о лысоголовом сержанте Джека. Калин ослабил руку на ее плече. — А он в этом уверен? — Нет. Экраны выключены. Но он, как всегда, клянется. У Элибер закружилась голова. Она подумала, что это ерунда, у всех она кружится от затхлого воздуха. Она спросила: — Вы думаете, это Джек? — Я молю Бога об этом, — ответил Калин. |
