|
— Нет. Это совсем другой случай. Ведь Гарнер на обратном пути находился в криогенной камере. Они думали, что он уже вылечился. Элибер ускорила шаг и догнала тележку. Джек резко затормозил. Она посмотрела на него: — Если ты будешь ныть, я сообщу Пепису и Баластеру, что тебя уже выпустили. Тебе придется провести с ними целый день. Посмотрим, насколько ты этому будешь рад. Калин весело заметил: — Ну, это очень серьезная угроза! Джек улыбнулся и поднял руку: — Я сдаюсь! — Отлично. А сейчас поставь на автопилот эту штуку и поехали. Калин догнал Элибер. Тихим голосом, стараясь, чтобы Джек не услышал его слов за шумом двигателя тележки, он попросил Элибер: — Тебе не следует быть с ним такой строгой. — Я знаю, — ответила она. — Но если даже чудо не смогло его спасти… Это так страшно, когда знаешь, что ничего не можешь сделать, когда так абсолютно и бесповоротно беспомощен… — она остановилась на краю газона. — Мне нужно, чтобы он одумался. Я знаю, как это все выглядит внутри бронекостюма… Ты начинаешь чувствовать, что ты непобедим. Но это не так. И чем раньше он это осознает, тем больше шансов останется у него на жизнь, а значит, и на возвращение ко мне. Калин пожал ее руку и улыбнулся. Они постояли еще минуту молча и пошли догонять Джека. — Вот почему, моя дорогая, так много людей верит в Бога, — без всякого перехода сказал Его Святейшество. У входа в здание он отпустил ее руку и попрощался: — Я дальше не пойду. Мне не нужны лишние проблемы с Пеписом. Она встревоженно посмотрела на него: — Что-нибудь слышно о Динаро? Старик улыбнулся: — Ну! Это целая история. Мы как-нибудь встретимся и обо всем поговорим. — Калин церемонно поклонился на прощание и ушел. Элибер помогла Джеку подняться. Он сразу обратил внимание на силу и твердость ее мышц, но ничего не сказал. Шторм спросил о другом: — Где Боуги? — В мастерской. В костюме очень много повреждений, Джек. Я вчера ходила туда. Все будет в порядке. Только… я не знаю, но Боуги очень изменился… Джек оперся на ее плечо: — Я думаю, что он умирает. Я не могу ему дать то, что ему нужно для роста. — Джек! — Я не знаю, что делать. Может быть, передать его в университетскую лабораторию? — Нет-нет! Мы не можем так поступать! Это нехорошо! Он же все равно умрет без нас! Разве ты можешь доверить его какой-то лаборатории? Молчание Джека только подтвердило ее догадки: — Джек, давай не будем прямо здесь рассуждать на эти темы, — свободной рукой она проверила печати безопасности на двери. Все было в порядке. Он улыбнулся: — Ты просто хочешь поскорее отправить меня в постель. — Конечно, Джек. Ты же болен! Тебе необходим постельный режим, — ответила она и открыла дверь. Все-таки он был еще очень слаб. Раны на бедре и плече давали о себе знать. Ему пришлось опереться на Элибер. Он вошел в комнату и попытался сделать несколько коротких вздохов, стараясь подавить боль и головокружение. Элибер оставила его одного и пошла закрывать дверь. Она опустила шторы и выключила свет. Джек заморгал. Ему надо было привыкнуть к темноте. — А может выключить свет еще и у кресла? — она нажала на выключатель. |
