Влад положил руки на стол, ладонями вверх, и Костя тут же накрыл их своими лапищами.

Он рук Кости исходил жар, и уже через несколько мгновений у Влада появилось ощущение, как будто бы ему на пальцы поставили горячий утюг. Но он постарался не орать.

Сжал зубы, чуть не прокусив насквозь губу, по лбу потек холодный пот…

– Сейчас, сейчас, еще секундочку, – приговаривал Костя. – Фиксирую…

Жар сменился ледяным адским холодом, от которого стало еще хуже. Это было как пик боли в океане боли, но Влад все-таки не смог удержаться от короткого крика.

Но потом все сразу же кончилось, и Костя откинулся на своем стуле.

– Фух, – сказал Влад. – Третий раз, но привыкнуть к этому невозможно.

– Что ж, с легкой частью мы закончили, – он снова открыл паспорт на странице с фотографией и положил его на стол перед собой.

– Подожди, дай хоть отдышаться, – сказал Влад.

– Перед этим не надышишься, – сказал Костя.

– Жаль, что ты под общим наркозом этого делать не можешь.

– Сам знаешь, так моя сила не работает, – сказал Костя. – Пациент должен быть в сознании. Хочешь, водки хлопни, немножко поможет.

– Давай, – согласился Влад.

Костя встал, достал с полки початую бутылку и граненый стакан, набулькал его почти до краев.

– А закусить?

– После первой не закусывают, – наставительно сказал Костя. – Пей и думай о том, что будет.

Влад зажмурился, задержал дыхание, запрокинул голову и несколькими крупными глотками осушил стакан. Вкус был, как водится, отвратительный, его чуть не стошнило, на на глазах выступили слезы.

– Это ж не водка… – прохрипел он. – Это ж отрава какая-то…

– Ядреный самогон, – сказал Костя.

Влад решил, что не будет спрашивать, из чего именно Костя его гонит. Он расслабился и позволил Косте пристегнуть себя к стулу. Широкие ремни притянули его руки к подлокотникам, еще два зафиксировали грудь.

Увы, это было необходимо. Уже через пару минут после начала процедуры он начнет орать и вырываться.

Рыжего детину на самом деле звали иначе. Костя – это было сокращение от его дара.

Костяной скульптор.

Под его пальцами плавилась человеческая плоть. Он мог менять отпечатки пальцев, лица, и, поговаривали, что даже фигуры, включая и такие параметры, как рост, но там боль, наверное, была просто запредельной. Влад предпочитал не рисковать, подбирая себе новые личности со схожими характеристиками.

В свое время Костя не отправился на испытание силы, отказался от шанса на дворянский титул, хотя, вне всякого сомнения, мог его получить. В СИБ его с такими талантами оторвали бы вместе с руками…

Но теперь он сам жил под вечной угрозой со стороны СИБ, как под дамокловым мечом. Меняя дома, деревни, губернии, и постоянно мечтая о том, как он сбежит в ДВР, где можно будет уже не прятаться.

Почему он до сих пор не сбежал и продолжал жить в империи? Наверняка, у него были какие-то причины. Влад предпочитал не спрашивать.

Если ты давно в этом бизнесе, то знаешь, что лишних вопросов лучше не задавать.

– Готов? – спросил Костя.

И это тоже был лишний вопрос.

– Нет, – сказал Влад.

– Но мне начинать?

– Конечно.

Влад закрыл глаза, чувствуя подступающее к лицу тепло, постаравшись думать о хорошем, а именно – о том, как сделать какому-нибудь очередному арику что-нибудь плохое, и тут руки Костяного Скульптора легли на его лицо и пришла настоящая боль.