– Не волнуйтесь, – сказал граф. – Ваша дочь в безопасном месте.

– У вас есть дети, граф?

– Нет.

– Тогда не давайте мне таких советов, – отрезал Ломтев. – Кроме того, мне не нравится, что вы все время возите меня в этом танке и даже в окно посмотреть не дозволяете.

– Это ради вашей же безопасности, – сказал граф.

– Ну да, – сказал Ломтев.

Крестовский вытащил из портфеля папку и подсунул ему.

– Я тут набросал ряд мнений по насущным вопросам империи, – сказал он. – Следующая сессия дворянского собрания уже через полторы недели, и я хотел бы, чтобы перед голосованием вы ознакомились с этими документами.

– Непременно, – сказал Ломтев и небрежно швырнул папку на сиденье. – Куда мы едем? И, пожалуйста, без общих фраз. Дайте мне какое-то конкретное название.

– Мы едем в императорский госпиталь для ветеранов, – сказал Крестовский. – Это очень спокойное и очень защищенное место, в котором трудятся лучшие специалисты…

– И много этих специалистов в курсе?

– Нет, – сказал граф. – Знают только те, кому надо.

– Кто стоит за всем этим? – спросил Ломтев.

– Возможно, позже вы будете представлены друг другу, – сказал граф. – А сейчас вам этого знать не нужно. Посмотрите, пожалуйста, документы. еслиу вас возникнут какие-то вопросы…

Ломтев взял папку.

Весь остальной путь он делал вид, что читает, хотя приведенные «мнения» его не особенно интересовали. Что-то там про земли, что-то там про налоги… Ломтеву не было дела до этого мира и этой империи, гори она огнем. Он собирался изображать из себя политика ровно столько, сколько необходимо для спасения Ирины, и ни секундой дольше.

Императору хочется вернуть Дальний Восток? Пусть развязывает войну, Ломтев все равно уже слишком стар, чтобы в ней участвовать…

Императорский госпиталь для ветеранов утопал в зелени. Их броневик, судя по совсем короткой остановке, без особых проблем въехал на тщательно охраняемую, по словам Крестовского, территорию, и остановился перед одним из трехэтажных корпусов.

Ломтев и Крестовский выбрались из машины, охрана осталась на месте. Очевидно, здесь за безопасность Ломтева отвечал кто-то другой.

Пациентов видно не было. На редких скамейках в парковой зоне сидели только представители местного персонала. Ломтев попытался найти на здании хоть какую-то вывеску, и не преуспел.

Они вошли внутрь, спустились на лифте в подвал, там же, на выходе из лифта, их встретил седовласый благообразный старичок с залихватски закрученными усами. Граф Лемешев, заведующий отделением. Очевидно, один из тех, кто в курсе и кому надо.

Они прошли метров сорок по стандартному больничному коридору, затем граф пригласил их в палату и…

– Это какая-то шутка? – спросил Ломтев.

В палате никого не было. Там даже кровати не было, стол, несколько стульев, картотека…

– Никаких шуток, ваша светлость, – сказал Лепешев, щелкая выключателем.

Одна из стен оказалась стеклянной, и открыла Ломтеву вид на соседнее помещение. Там была вполне обычная палата, с кроватью, пациенткой и подключенной к ней системе жизнеобеспечения, отчего Ломтев нахмурился пуще прежнего.

– Значит, это какая-то шутка? – спросил он.

– Нет, – сказал Крестовский.