— Но ведь его можно доделать, не правда ли? Его должно доделать.

— Должно? — Он слегка куснул девушку за нижнюю губу. — Не думаете ли вы, что одного урока за одну ночь достаточно?

Саманта почувствовала, что возлюбленный ускользает от нее. Но она не могла ему этого позволить.

— Ремингтон… пожалуйста… — Она обвила руками его шею, прильнула к нему и подняла умоляющие глаза. — Пожалуйста… поцелуйте меня.

Была ее мольба услышана или Ремингтон руководствовался какими-то другими соображениями, Саманта так никогда и не узнала, да это и не особенно ее беспокоило. Она жила чувствами. А чувствовала она, как любимый крепко прижал ее к своей груди и утешал ее долгим, глубоким поцелуем, от которого все внутри у нее то сворачивалось, то натягивалось, как тетива. В ней проснулось вожделение, желание, дотоле не изведанное ею. Она и сама плохо понимала, что с ней происходит, но, что бы это ни было, только ее возлюбленный мог ей помочь.

— Ремингтон…

Она слегка отвела назад голову, чтобы попросить его о следующей порции удовольствия, но получила желаемое раньше, чем произнесла первое слово. Ремингтон скользнул языком в ее алчущий рот и долго кружил там, обходя один за другим все бугорки, нащупывая точки, которые страстно откликались на каждое его прикосновение, и наконец он прикоснулся к кончику ее языка.

Сэмми издала какой-то странный звук, в голове у нее, казалось, разом вспыхнуло множество ярких огоньков. Она с упоением исполняла танец языка, стараясь подражать каждому движению Ремингтона, потом, желая дать ему возможность испытать то же наслаждение, Саманта скользнула своим языком в глубину его рта.

Все тело Ремингтона содрогнулось. И пока Саманта проводила языком по его небу, он сильно и нежно прижимался к ее губам, а потом стал помогать ей, всасывая ее прелестный язык все глубже и глубже. Он целовал ее с неистовым желанием, сила которого ошеломила его самого даже больше, чем девушку.

Внезапно Рем отстранился.

— Черт возьми! — Он сделал глубокий вдох и отпустил Саманту. Взгляд его был полон осуждения и потрясения. — Я не верю ни себе, ни происходящему!

Сэмми едва не упала. Она старалась удержать равновесие и не могла понять, что ей следует делать и говорить. Было совершенно ясно, что ее кавалер пришел в ярость. Очевидно, он проклинает ее за то, что она заставила его целовать себя.

— Прошу прощения… — прошептала Саманта. — Я не собиралась…

Ремингтон резко вскинул голову:

— Это вы просите прощения? — Голос его стал мягче. — Вам не за что корить себя, чертенок. Это моя вина. Я не имел права потерять контроль над собой. Сам не понимаю, как это случилось. — Он взял ее руки, по-прежнему затянутые в узкие перчатки. — Простите меня.

— Простить вас? — Саманта округлила глаза. — Нет.

— Нет?

— Конечно нет. Это ведь я хотела, чтобы вы меня поцеловали. Я ни о чем другом и не мечтала с того самого времени, как встретила вас… По правде говоря, я мечтала об этом еще до встречи с вами. И это было восхитительно. Даже лучше, чем я предполагала.

В комнате было сумрачно, и Саманта не могла разглядеть выражения лица Ремингтона.

— Ну что ж… тогда мне остается только порадоваться тому, что я не обманул ваших ожиданий, прелестная романтичная барышня. — Где-то недалеко послышались приближающиеся голоса смеющихся людей. Рем приподнял голову и прислушался, как зверь, чующий опасность. — Нам лучше вернуться в танцевальный зал.