Две линии уже прорваны. Мобы врага вплотную подобрались к трону света. Что тут сказать? Пудж лучше меня успел прокачаться и нафармить золота, да и соотношение побед в наших дуэлях явно не в мою пользу. Благодаря скорости я заранее отходил от героя-противника и уворачивался от крюка, избегая схваток и боли. Мясник недовольно ревел, но догнать меня не мог, оттого переключился на здания. От победы тьму отделяли считанные минуты.

— Сдаюсь! — произнес я, не желая оттягивать неизбежное.

Система еще раз выказала свою разумность, объявив о завершении раунда и оповестила о победителях.

— Желаете провести следующий раунд?

— Отказываюсь.

— Следующий раунд начнется через пять минут. Приготовьтесь к сбросу параметров.

Че? Не офигел ли Пудж часом? Накатившая злость помогла обратиться к запертому где-то далеко свету и высвободить магию на свободу. Компьютерное пространство вокруг подернулось рябью. Я усилил напор света и окружение рассыпалось на тысячи багнутых осколков. Магия с радостью крушила столь тщательно созданную арену для сражений. Добавив толику света внутрь себя, я сбросил наваждение и очнулся в комнате в реальном мире.

— Милорд, как вы? — спросила Химари с беспокойством.

— Сколько меня не было?

— Двадцать пять минут, — сообщила Кайя.

— Простите, милорд, я побоялась вмешиваться, — покаялась бакэнэко.

— Правильно. Еще не хватало застрять навсегда в том мирке, — поморщился я, разминая мышцы.

Материализовался Пудж в весьма потрепанном виде: с рваными дырами в фартуке и глубокими ранами на теле, которые совсем не кровоточили. Видимо, потому что Пудж — нежить.

— Зачем же так бить? — прокряхтел мясник.

— Какого хрена ты тут устроил? Ладно сама игра, хотя за настройки болевых ощущений тебя бы вообще прибить стоило… Я ведь четко отказался от второго раунда!

— Давно не играл. Увлекся, — беспечно ответил Пудж.

— Химари, пакуй системник обратно, — скомандовал я.

— Что? Не надо меня паковать!

— Так ты будешь работать на Амакава?

— Никогда!

— Что же мне тогда с тобой делать?

— Амакава-сама, я бы конечно посоветовала вам упокоить эту бесполезную железяку, — обратилась дзасики-вараси. — Но, если бы здесь была Сидзука, думаю, ее бы возмутило жестокое обращение с духом.

— Да-а. Сидзука права. Пускай, ее и нет рядом, — вздохнул я. — Хорошо. Побудешь пока на свободе. Посмотрим на твое поведение, Пудж. Только дай мне повод, мигом на запчасти разберу.

— Не угрожай мне, сопляк! Да я бы даже двоих как ты один сделал! Весь мид просрал!

— Иди нахрен, жирдяй!

— Ламер! Нубяра!

Не удержавшись, я бросил слабую волну света, которая откинула Пуджа к стене, где он и затих. От системного блока повалил небольшой дымок. Химари взглянула на меня одобрительно.

Ужин прошел в скверном настроении. Я был огорчен неудачей с упертым цукумогами. Сидзука что-то не поделила с Агехой на прогулке. Плюс мизухэби сообщила о крамольных мыслях хиноэнмы об освобождении Тамамо. Подобного допускать было нельзя, так что после трапезы я как следует пропесочил Агеху. Напоследок заявив, что если она так хочет быть сожранной кицунэ, то мы можем скормить ее Фоксу. Вроде бы поумерила пыл.

Глава 3

Разбудил меня протяжный крик Гунсо, объявившего подъем. Я с интересом потянулся на улицу, где постепенно собирались духи поместья, и даже Маки с Шидо в легких спортивных костюмах.