— Да уж пусть постарается, — сказал феришер. — Рать пришла, как и предсказывал Джони Водосказ. И ножницы при них, коли смекаешь, о чем я.

— Мы их видели, верно, парень? — сказал Безымянник, обращаясь к Этану. — Они явились с машинами, лопатами и стальными подковками, чтобы сделать свое черное дело.

— Клевер, — представился феришер. — Вождь этого племени и начинающий игрок первой базы.

Этан заметил, что феришеры перешептываются, и вопросительно взглянул на мистера Брауна. Тот показал пальцем вниз, но Этан его не понял.

— Ты находишься в присутствии августейшей особы, сынок, — пояснил Безымянник. — Когда ты знакомишься с королем, вождем или другой важной персоной, надо кланяться — не говоря уж о трехмировом чемпионе хоум-рана, Клевере с Кабаньего Зуба.

— Ух ты! — Этан смутился и почувствовал, что простым поклоном здесь не обойдешься. Поэтому он опустился на одно колено и склонил голову. Будь у него шляпа, он снял бы ее — в кино это видишь то и дело, но случай сделать это на практике выпадает нечасто. Наверно, вид у Этана был здорово глупый: все феришеры расхохотались, а Клевер…

— Отлично, рувинчик, — сказал он потом.

Этан подождал немного для приличия и встал.

— А сколько хоум-ранов вы забили? — спросил он.

— Семьдесят две тысячи девятьсот пятьдесят четыре, — скромно сообщил Клевер. — Последний забит вчера вечером. — Феришер хлопнул своей рукавицей, похожей цветом и величиной на вафлю «Нилла». — Лови!

К Этану летел белый с красными швами мячик не больше скатанной в шарик жвачки — летел быстрее, чем ему полагалось. Этан беспомощно вскинул руки, и мячик, ударив его в плечо, хлопнулся на траву. Феришеры, затаившие дыхание, дружно выдохнули. Мячик подкатился обратно к черным шиповкам Клевера. Вождь взглянул на него, потом на Этана и подобрал мячик, упрятав его в рукавицу.

— Нечего сказать, перспективный кадр, — сказал он Брауну, и Безымянник на этот раз промолчал. — Но выбирать нам не приходится, это факт. Рать, против нашего ожидания, явилась слишком рано, и коли ты подсовываешь нам бестолкового десятилетнего разиню, делать нечего. Некогда другого чемпиона искать. Придется тебе, парень, постараться.

— Но для чего я вам нужен? — спросил Этан.

— А ты думаешь, для чего? Чтобы спасти нас. Спасти Белолесье.

— Белолесье — это что?

Вождь медленно, с явным раздражением потер коричневой ручонкой подбородок.

— Вот эта самая березовая роща Белолесье и есть. Это наш дом. Мы живем здесь.

— Да, понятно. Извините. А… от чего его спасать-то?

Клевер тяжело посмотрел на Безымянника и молвил с горечью:

— Как подумаешь, что мы отдали за это половину своих сокровищ…

Безымянник спешно занялся пушинкой, которую обнаружил у себя на лацкане, а вождь сказал Этану:

— От Койота, само собой. Теперь он нас нашел и попытается разрубить наш наплыв. Как только он это сделает, Белолесью конец, и нашему племени тоже.

Этан смутился и растерялся. Больше всего на свете он боялся показаться дураком. Когда возникала такая опасность, он обычно делал вид, что ему все понятно, пока и в самом деле не становилось понятно. Но то непонятное, что говорил вождь феришеров про какой-то наплыв, который могут разрубить, было слишком важным, чтобы притворяться, и Этан обратился за помощью к Пройдисвету.

— Кто это — Джонни Водосказ?

— Оракул Западного Летомира. Лет десять назад он предсказал, что Койот, или Передельщик, отыщет дорогу в Белолесье.