-  Это ты о той, что хочешь продать за десять ефимок?

    -  С тебя возьмем меньше. Бери, не пожалеешь.

    -  Ладно, пойдем за моим Иваном, а о девке я подумаю, - пообещал я.

    Атаман кивнул и повел меня в ту сторону, откуда недавно пришел с помощником.

    Лес разбойники содержали в порядке. Никаких следов пребывания здесь большого количества людей заметно не было. Лес казался глухим без тропинок и помятой травы.

    -  Хорошо вы маскируетесь, - похвалил я.

    -  Без этого никак, иначе давно бы спалились. До Москвы-то, сам знаешь, всего ничего.

    Вскоре мы вышли к небольшой лесной речке с тихой, прозрачной водой.

    -  Вот здесь у нас база, - сказал Чувак, показывая на какой-то вал, густо заросший травой. - Наша крепость. У меня даже две легкие пушки имеются. А если не удержим удара, то есть отход через непроходимое болото. По нему ни один чужак не пройдет. Так что сам понимай, фирма веников не вяжет.

    -  Круто, - согласился я, рассматривая хорошо замаскированные фортификационные сооружения. - Лагерь, как я понимаю за валом?

    -  Точно, - не без гордости подтвердил он. - Нас отсюда стрелецкий полк не выкурит. Будет нужно, так жахну картечью, мало не покажется!

    Мы поднялись на вал и оказались над циркульной формы крепостью. Единственным незащищенным местом был сход к болоту, поросшему ряской и осокой. За валом, внутри крепости, паслись лошади, и было десятка полтора-два шалашей.

    -  Это и есть наше городище, - со скрытой гордостью сказал Чувак.

    Насыпь с внутренней стороны была крутая, так что спускаться пришлось по приставной лестнице.

    -  Как же вы завели сюда лошадей? - удивленно спросил я, увидев среди табуна нашу кобылу Зорьку.

    -  По болоту, - ответил Чувак.

    На наше появление никто не отреагировал, разбойники, если они здесь и были, сидели по шалашам, так же, как и пленники. Похоже, атаман смог навести в ватаге образцовый порядок. Ни следов от костров, ничего, что бы могло выдать их местоположение, я не увидел.

    -  Приведи вчерашних, - негромко сказал Чувак на старорусском языке появившемуся из-за шалаша человеку в самом обычном крестьянском платье. Тот кивнул и исчез.

    -  Зайдем ко мне, - пригласил он одного меня.

    Мы вошли в обычный шалаш, внутри которого оказался натуральный шатер. Пол был покрыт коврами, большую его часть занимало широкое ложе, слишком широкое для одного человека, видимо, намек на то, что атаман здесь не ведет жизнь праведника.

    -  Садись, - пригласил Чувак, указывая на низкую атаманку возле также низкого круглого стола, - сейчас их сюда доставят.

    Теперь, когда он говорил о деле, а не о себе, это был совсем другой человек, собранный и лаконичный.

    За входом несколько раз вежливо кашлянули, и в матерчатый полог просунулась голова давешнего крестьянина, он поймал взгляд начальника и приказал кому-то за своей спиной:

    -  Входите.

    В шатер вошли Ваня и Тарас Макарович. Мой рында выглядел смущенным, нахальчик, напротив, вел себя совершенно естественно.

    -  Наконец-то! - воскликнул он, едва увидев меня. - Я уже подумал, что ты о нас совсем забыл!

    -  Здравствуй, хозяин, - поздоровался Ваня. - Прости, но так уж получилось.

    -  Ничего, у тебя все в порядке?

    -  Кормили хуже некуда, - вместо Вани ответил Тарас, - в турецком плену и то кормят лучше.