— Н-да, жутенькая перспектива! — подавленно произнес адьютант.

— Если вы уже закончили свои прения, то, может быть, я все-таки закончу цитировать этот отрывок? — с любопытством глядя на спорщиков, спросил Мустафа.

— А что это еще не все? — оторопел Стас. — Мне то, что уже прозвучало, еще неделю переваривать нужно будет!

— Ага, если ты проживешь еще эту неделю! — пробормотал Летун.

— Заткнитесь, оба! Дайте послушать! — нетерпеливо прикрикнул на них Влад.

— «…Из людей же выживут лишь те, кто став ксеносервусом, будет верным слугой томиноферам и питаться себе подобными станет. Иного не дано».

— Не хочу я людей есть! — возмутилась Алена.

— А тебе, кстати, этого никто и не предлагает, если ты этого еще не заметила! Это тебя будут есть! — фыркнул Стас.

— Заткнись урод, без тебя тошно! — всхлипнула Алена. — У меня мама дома осталась и сестренка! Я думала, что их расстреляли или танками подавили, а тут такое!

После этого девушка безутешно в голос разрыдалась. После услышанного все выглядели подавленными. У всех были семьи, с которыми они уже мысленно простились, понимая, что в обрушившемся на них всех ужасе шансы на то чтобы выжить были равны нулю. Но известие о том, какая страшная участь была уготована их близким, поразила всех настолько, что онемев от горя, они надолго замолчали.

Все это время лишь Сенсей и Ольга с каменными лицами сохраняли полное спокойствие.

Наконец смахнув набежавшие слезы, Мустафа подошел к Алене и, обняв ее, положил ее голову себе на грудь:

— Девочка моя, не плачь, не надо! Я не знаю, что стало с моей любимой Зейнаб, и моими дорогими мальчиками. Но я верю, что сейчас они уже в лучшем из миров, смотрят на меня оттуда и улыбаются мне! Нам же еще предстоит испить нашу чашу до дна, какой бы она горькой ни была! Все в воле Аллаха!

Влад скрипнул зубами, бросив на профессора дикий взгляд. Мысль о том, что с его дочерью и бывшей, пусть даже разведенной, женой могло произойти то, о чем рассказал Мустафа, была ему невыносима.

— И что нам теперь со всем этим делать? — собравшись с силами, спросил он.

— Для начала, научиться выживать, — тихо сказал Мустафа. — А там видно будет.

После этого он повстречался взглядом с Сенсеем и, смежив веки, незаметно поблагодарил его за молчание.

Глава 14

Россия, 1998 г.,

где-то вне времени и пространства.

Хепри с большим трудом удалось-таки вызвать скарабея. В процессе ожидания его не покидало тревожное чувство. Вполне могло статься, что его белый скарабей был последним из ныне живущих реликтовых насекомых.

Все это время Борис с нескрываемым подозрением следил за манипуляциями странного старика. По мере того как время шло, а обещанного огромного жука все не было, скептицизм бывшего сапера рос в геометрической прогрессии.

Они расположились в лесу, неподалеку от занесенного снегом остова белого скарабея. Очистив с него снег, Хепри окропил его панцирь «жучьим соком». Сделано это было неспроста. Его предшественник приучил Повелителя Жуков не оставлять никаких следов своего пребывания в другом времени. Хепри рассчитывал, что появившийся жук развалит корпус мертвого скарабея на части. А летом грызуны и насекомые завершат его полное уничтожение.

Когда казалось, что уже все потеряно, жук все-таки появился.