– А… пост?

    Эльфа пренебрежительно отмахнулась.

    – Тебе можно, ты гость. Мне тоже можно. Отмажемся, если поймают. И вообще, это только те сидят взаперти и голодают, кто боится, что отравят их, – она сморщила носик.

    – Вот как? А ты, стало быть, не боишься?

    Чина фыркнула.

    – Я ничего не боюсь. Мне слова никто не скажет. Не посмеет.

    «А лет-то тебе сколько?» – едва не съязвила Мардж, но удержалась. Вполне ведь могло оказаться и полтораста.

    Чина привела ее в утреннее кафе с серыми стенами: вплотную к стеклянной стене тянулась стойка, обе молодые особы устроились возле нее на высоких никелированных табуретах, как сороки на ветке. Того, чем сидят, у обеих девиц эльфийской крови ровно столько, чтобы волновать воображение – ни граммом больше. Сад внизу тонул в тумане, чуть дальше за стеной предместье было подернуто серым дымом.

    Где-то там Дерек ищет – и защищает! – мальчишку эльфа. Дурдом!

    Какой-то местный эльф опередил их и теперь доил кофейный автомат в ведерный термос.

    – Гракх! – окликнула его Чина. – Не сочти за труд, сделай и нам по чашечке.

    – Минутку. А тебе разве можно?

    – Очень хочется.

    – Если половина будет молока – договоримся?

    – Ну что с тобой делать? Давай с молоком. И, разумеется, с сахаром.

    Если Мардж до сих пор думала, что эльфы все субтильны и тонкокостны, стереотипам ее был нанесен смертельный удар. Гракх, подойдя к их столику, буквально сразил ее и ростом и разворотом плеч. Крутые скулы, горбатый нос, решительный рот – весь его облик дышал мощью. Красивый, черт. И взрослый. Как все виденные до сих пор Шиповники, он был светловолос, но подстрижен коротко. Как все секьюрити, облачен в отутюженный темный костюм в тонкую полоску, под пиджаком – бежевый свитер. Эльф безупречен всегда.

    – Как там? – спросила Чина.

    – До нас не дошли еще. Пока сражаемся только со сном и ознобом.

    – Может, – с надеждой спросило дитя, – обойдется? А?

    Гракх покачал головой.

    – Дом Мяты тоже думал, что обойдется, и где та Мята? Предместье уже горит. Они обязательно попытаются взять Шиповник.

    – У нас есть ты, а потому у них ничего не выйдет. Защитные чары проверил?

    – Само собой – отвечаю тебе на то и на другое.

    Еще два эльфа в униформе Службы Безопасности Дома прошли через кафе, неся на плечах шестифутовые снайперские луки и вязанки стрел. И, кажется, мечи. Гракх накинул на одно плечо плед из тартана Шиповника, на другое – плечевой ремень термоса, и двинул следом.

    – Он кто?

    – Гракх – наша главная надежда. Он будет держать Дом.

    Восемнадцать эльфийских замков как острова в море ненависти. Возможно, Дерек ошибся, полагая, будто тут так уж безопасно. И если он не ошибся… каково-то там?

    Пока Мардж думала эту мысль, такую неповоротливую с недосыпа, Чина, стуча каблучками, выскочила из кафе и скрылась за тем же углом, что и мужчины. Она ничего не сказала, и Мардж в недоумении сползла со своего табурета. Предполагается, что она, Мардж, тоже должна поторопиться?

    Упс! Им никто не нужен.

    За углом, отпустив вперед своих эльфов и отставив термос, Гракх держал за плечи Чину, прижимая ее к стене, и целовал так отчаянно, будто выпить ее хотел.