— Я проголодался. Этими крошечными бутербродами меня не накормишь. — Он посмотрел на нее. — Хотите потягаться с бургером, Элли, перед тем, как я отвезу вас домой?

ЭЛЛИ. Он снова назвал ее Элли. Ей нравилось возникавшее волнение, когда он так называл ее.

— Бургер — это прекрасно. Я составлю вам компанию, — она показала на брошенные туфли, — если смогу снова влезть в эти колготки.

Он захохотал, поднял туфли и протянул ей.

— Моя машина тут рядом, под холмом.

Они быстро добрались до парковки. Объясняя правила изготовления хорошего гамбургера, Зейн подвел ее к темно-зеленой «БМВ» и открыл дверцу со стороны пассажирского сиденья.

Джентльмен — и водит «БМВ»? У этого мужчины три дополнительных балла…

Элайз бросила полные песка колготки в корзину для белья. Я стреляла и набрала баллы! победно объявила она себе.

— Зейн Китон — ее главный приз.

В атласной пижаме Элайз через холл направилась к гостевой спальне, которую использовала как кабинет. Провела рукой по стене, нашла выключатель. Мягкий свет заполнил комнату в бежевых тонах. Элайз достала из стола листок бледно-голубой бумаги и ручку. Потом склонилась над столом и написала на верхней строчке листка: Зейн Китон. Заправив за ухо прядь светлых волос, принялась заполнять строчки, касающиеся внешности кандидата.

Рост 186; волосы светлые; глаза голубые. Как определить их свидание? Официальная встреча?

Деловой ужин? Как бы там ни было, вечер с Зейном был лучшим свиданием в ее жизни.

Элайз взяла свой листок и ручку и спустилась в холл. Взгляд упал на заголовок «КАРЬЕРА».

Она застыла посреди холла. Невозможно поверить. Она не спросила Зейна, как он зарабатывает на жизнь. Хотя провела с ним целый вечер.

Время пролетело как один миг. Она веселилась так, будто ела нескончаемую плитку шоколада. И в итоге не спросила Зейна, чем он занимается.

Отец пришел бы в ужас.

Ручка застыла над рубрикой «КАРЬЕРА»: наемный работник, предприниматель, другое. Она выбрала «другое». Не могла же она оставить строчку пустой. Элайз не выносила незаполненные строчки. Они будто обвинители смотрели на нее. В конце концов, какое это имеет значение, как он зарабатывает на жизнь? Зейн набрал достаточно баллов, чтобы обеспечить себе второе свидание.

Зазвонил телефон. Она посмотрела на часы на другом конце стола. Почти полночь. В Техасе одиннадцать. Для отца слишком поздно — он рано вставал. Она потянулась к телефону. Лиз сказала, что позвонит, чтобы узнать, как все прошло.

Элайз жутко хотелось рассказать подруге о замечательном вечере. О том, как она ходила босиком.

И о том, как Зейн настоял, чтобы она съела не только бургер, но и картошку фри. В один присест она поглотила дневную норму калорий. И это ее ни капли не беспокоило.

— Лиз, — взволнованно выдохнула она в трубку.

— Элли?

Мужской голос ошеломил ее.

Он снова назвал ее Элли.

— Зейн?

— Я знал, что ты еще не в постели. — Голос низкий, сексуальный.

Элайз снова посмотрела на часы. Она вернулась домой не больше получаса назад. Он, должно быть, вошел к себе и тут же позвонил ей.

Элайз не знала, что сказать. Мужчины, с которыми она встречалась, обычно не звонили через полчаса после того, как расстались с ней. Иногда вообще больше не звонили.

— Нет-нет, я не сплю, — проговорила Элайз и села на обтянутую бледно-зеленым дамасским шелком кушетку. Она провела рукой по обивке.

Слишком дорогая вещь, чтобы пользоваться ею постоянно.