– Правильно.

– Я просто спросил ее, не могла бы она рассказать нам о... сферах деятельности ее брата. Это могло бы каким-то образом нам помочь нам.

– Как я понимаю, – печально сказала она, – он был убит гангстерами из республики. Вы их еще не поймали, coronel?

Он неловко кашлянул.

– Ну... нет, еще нет, пока. Трудность заключается в том, что мистер Карр нашел вашего брата... спустя двадцать четыре часа после убийства. – Он так посмотрел на меня, словно все это было моей ошибкой.

Она понимающе кивнула.

– А вы учили его летать, капитан?

– Правильно. – Я снова посмотрел на инспектора. – Хотя и не знал, для чего это делается.

– Он был очень предан делу отца, – сказала она.

Ну, может быть, после женщин и своего "ягуара тип Е". Но я промолчал. Некоторое время спустя инспектор галантно заметил:

– Ну, мужчина и должен... – потом поймал взгляд сержанта и добавил: – конечно, все зависит, что это за дело.

Никто ничего не сказал, от мисс мы получили лишь мрачную и многозначительную улыбку. Потом инспектор спросил:

– Так что вы не можете вспомнить, кого в частности знал ваш брат в Кингстоне?

– Только капитана Карра, полковник.

Он проворчал что-то. Я отметил, что против полковника он не возражал. Еще больше помрачнев, он сказал:

– Если вы хотите сделать какие-то распоряжения относительно вашего... э... брата, то я не вижу никаких препятствий для этого. Я уже говорил с коронером и так как совершенно очевидно, что не существует каких-либо разногласий относительно... э... причины смерти, тело может быть отправлено... ну, вы можете отдать любые распоряжения. Расследование может подождать.

И я мог предположить, почему это может произойти. После трех дней международной политики и общения с американскими журналистами по поводу убийства он, видимо, решил, что раскрыть его невозможно и последнее, чего ему хотелось, так это лишнего напоминания об этом. Он предпочитал иметь дело с таким расследованием, которое можно провести в течение пяти минут дождливым утром в понедельник в промежутке между забастовками грузчиков бананов.

– Пожалуйста, звоните мне в любое время, – сказал он, как мне показалось, с тихой надеждой.

Она посмотрела на него с печальной улыбкой и он качнулся, поднял было руку, чтобы отдать честь, вспомнил, что он в штатском, и двинулся прочь, а сержант потопал за ним следом.

– Они никогда не найдут убийц.

Я сам так не думал, но все, что я мог сделать, – сочувственно вздохнуть и потащить к выходу ее чемоданы.

Пока мы ехали вокруг Палисадо и через сам Кингстон, я говорил и показывал достопримечательности – главным образом для того, чтобы занять чем-то свои руки, которые так и пытались что-то схватить. Она сидела на заднем сидении, туго обтягивающая юбка поднялась несколько выше колен, что решительно сводило все мысли к одному.

Она слушала, кивала и вежливо улыбалась до тех пор, пока Хлопковое дерево Тома Прингла по дороге к испанскому кварталу не исчерпало мой запас познаний в части местных достопримечательностей. После этого она спокойно спросила:

– Теперь вы поведете бомбардировщик вместо Диего?

Я подпрыгнул и покосился на водителя. Но я забыл, что это был один их тех старомодных длинных "кадиллаков", которыми пользовались некоторые фирмы, сдающие автомобили в аренду, – со стеклянной перегородкой между водителем и пассажирами. Она была закрыта.

И тем не менее, наша безопасность выглядела не слишком надежной, если новости распространились так далеко, что достигли Каракаса.