Шрив, как Ромео, безжалостно использовал ее всю их совместную жизнь.

Он был чудесным любовником. Она сама не знала свое тело так, как знал его он. Она вытянулась под тяжестью его тела, наслаждаясь прикосновением вьющихся черных волос у него на груди к ее влажной от пота коже.

Он провел рукой по ее бедру, лежавшему поперек его ноги. Затем его рука скользнула вверх по ее ягодицам, и пальцы пробежали по самым интимным частям ее тела, прикосновение к которым заставило кровь в ее жилах бежать быстрее.

Почему он столько лет ждал, чтобы сказать, что любит ее? Еще несколько недель назад она отдала бы что угодно, только бы услышать эти слова. Она не сомневалась, что он сказал ей это, чтобы повлиять на нее и добиться своей цели.

Она лежала неподвижно, чувствуя, как его пальцы касаются ее, ласкают ее шелковистую кожу. Она заставила себя лежать неподвижно и ровно дышать, притворяясь уснувшей.

Через минуту его пальцы замерли, и он стал дышать ровно и глубоко. Он опять заснул.

Она ничего ему не скажет. Когда они приедут в Сент-Луис, она напишет письмо и купит билет до Шайенна. Он не сможет последовать за ней, потому что никогда не нарушит контракт.

Она закрыла глаза, прислушиваясь к нараставшей боли в висках. На следующей неделе будет самое ответственное в ее жизни представление, но еще никогда она не испытывала такого отвращения к необходимости играть роль.

На следующее утро к Миранде пришла Рейчел.

– Я слышала про пожар в театре, – сразу же сказала она. – Я хотела убедиться, что ты не пострадала.

Миранда смущенно улыбнулась.

– Нет, со мной все в порядке. Я не пострадала. Спасибо за беспокойство.

– Конечно, я беспокоюсь о тебе. Ты же моя сестра. – Она помедлила в прихожей. – Можно мне войти.

– Входи, пожалуйста. Я позвоню, чтобы принесли кофе. – Она открыла дверь, впуская Рейчел в комнату.

– Замечательно. – Рейчел села и открыла свою сумочку. – Я получила от мамы письмо, – сказала она, когда Миранда вызвала горничную и велела принести кофе. – Все именно так, как ты сказала. Как ты узнала?

– А что я говорила?

– Ты говорила, что она будет расстроена. Ты говорила, что она не захочет возвращаться в Вайоминг. Откуда ты могла это узнать?

Миранда с сочувствием посмотрела на свою младшую сестру.

– Я знаю, потому что я сама не хочу возвращаться в Вайоминг.

Рейчел протянула сестре письмо. Миранда прочитала его. Грусть и тоска матери сквозили в каждой фразе. Миранда еще острее ощутила свою вину перед ней. Она оставила мать в руках Уэстфолла. Чтобы скрыть слезы, она заморгала глазами и быстро вернула письмо.

– Спасибо, что принесла его мне. Складывая письмо и пряча его в конверт, Рейчел заметила слезы на глазах сестры.

– Ты едешь в Вайоминг, Миранда? Миранда бросила настороженный взгляд на дверь комнаты Шрива. Он обычно спал крепко, но если он бодрствовал, то у него был прекрасный слух.

– Почему ты так решила? Рейчел проследила за ее взглядом.

– Я подумала, что это вполне возможно. Нет, не так. Я подумала, что ты обязательно поедешь. Я уверена, что ты поедешь, потому что ты задумала что-то ужасное.

Миранда сохраняла невозмутимое выражение лица.

– У меня контракт на выступления в Сент-Луисе.

– Но ты не…

Послышался стук в дверь. Горничная вкатила столик, на котором были кофе, чай, блюдо с тостами и булочками с корицей.