|
— Мне кажется, тебе они сейчас нужны как никогда.
Однако девушка жестом остановила его.
— Не нужно. У меня все в порядке.
— Ладно, — не стал настаивать Эмилио. — Мой телефон у тебя есть?
— Кажется, да.
— Если что — звони.
— Хорошо…
Молодой человек проводил жену Фернандо до подъезда, а затем поспешил нанести еще один визит. Ему не терпелось поскорее увидеться с доктором Вильесом.
— Добрый день, — поздоровался Эмилио, рывком открыв дверь.
Из-за его спины выглянула медсестра и обиженно произнесла:
— Я не хотела его пускать, но он даже не стал меня слушать!
— Хорошо, Фиеста, пусть пройдет, — разрешил Вильес и, посмотрев на гостя, добавил: — У меня как раз сейчас выдалась свободная минутка…
Когда молодая сотрудница прикрыла дверь, доктор тяжело вздохнул и, кивнув на стул, предложил:
— Садитесь, пожалуйста.
Эмилио присел, внимательно рассматривая лицо врача.
— Что-то зачастили ко мне знакомые Фернандо Салиноса, — шутливо заметил тот и, вскинув брови, полюбопытствовал: — Что вас беспокоит?
Молодой человек посмотрел в глаза хозяину кабинета и усмехнулся.
— Вы, доктор!
Вильес растерялся.
— Я не понимаю, — пробормотал он.
— Меня беспокоит ваша компетентность, — четко выговаривая каждое слово, произнес Эмилио. — А может быть, совесть…
— Выражайтесь яснее, молодой человек, — раздраженно проговорил Вильес. — У меня масса важных дел, и я не могу попусту растрачивать драгоценное время. А вы тут пришли и устраиваете черт знает что.
— Хорошо, — кивнул Эмилио. — Я постараюсь быть конкретнее. Ваш диагноз насчет бесплодности Фернандо — полная липа.
У доктора перехватило дыхание, и он почувствовал, как медленно начинает оседать в кресле. Вильес попытался что-то возразить, но при вдохе глотнул столько воздуха, что закашлялся. Еще через мгновение его бросило в жар. Наблюдая такую картину, Эмилио уже не сомневался в правильности своего предположения.
— Что с вами, доктор? — насмешливо спросил он. — Или позвать медсестру?
Вильес замахал руками.
— Нет, не стоит. Мне уже лучше.
Молодой человек подождал, пока хозяин кабинета будет в состоянии говорить, и продолжил:
— Вам не кажется, что преднамеренное злоупотребление своим служебным положением и изменение диагноза в корыстных целях не только аморально, но и уголовно наказуемо?
Второй удар оказался похлеще первого. Вильес отодвинул шуфлядку и, достав из нее баночку с таблетками, дрожащей рукой открутил крышку, вытряс несколько пилюль и проглотил их.
— Вы собираетесь заявить в полицию? — спросил он, почувствовав, что в состоянии говорить.
— Все зависит от вас, — спокойно проговорил Эмилио.
— Что я должен делать?
— А как вы думаете?
— Не знаю.
Эмилио негодующе покачал головой.
— Мне кажется, что первым делом вы должны исправить, свою ошибку… или, пожалуй, преступление.
— Каким образом?
— Рассказать Салиносу. Ведь он, кажется, ваш очень хороший друг.
— Он меня не поймет… — сказав это, Вильес съежился и, как показалось Эмилио, уменьшился в размерах.
— Пожалуй, вы правы, — согласился молодой человек, — Фернандо не из тех людей, которые прощают измены…
— Но ведь я это сделал для того, чтобы сохранить семью, — попытался оправдаться Вильес. |