— Нужно вызвать полицию. Исабель пыталась меня убить.

 — Она мертва? — спокойно поинтересовалась экономка.

 — Мертва? Конечно, нет! — испугано возразила Мэри-Бет. — Она в обмороке.

 Мэри-Бет сползла с кресла и дрожащей рукой попыталась нащупать пульс у Исабель. Пульса не было.

 — Господи, я убила ее, — пробормотала девушка.

 — Я позвоню в полицию, — сказала Тереза и ушла.

 — Тебе нужно срочно уезжать, — сказала Ванесса. — Вставай. Ну же! Ты вернешься в Штаты, и все будет хорошо. Мы не позволим, чтобы с тобой что-то случилось!

 — Несса, все уже случилось, неужели ты не понимаешь? — истерически воскликнула Мэри-Бет. Поднявшись, девушка не могла оторвать взгляд от бездыханного тела Исабель. Она потерянно прошептала: — Я убила человека!

Гл. 34

Мэри-Бет, словно подкошенная, рухнула в кресло, но, не удержавшись на краешке сидения, сползла на пол.

 Она не могла поверить в то, что только что лишила человека жизни. Да, она защищалась. Да, смерть стала результатом несчастного случая. Девушка могла придумать еще не одно оправдание, но результат от этого не изменится: она стала убийцей.

 Разве после этого ей удастся спокойно жить дальше?

 Мэри-Бет посмотрела на свои руки. Ей хотелось немедленно броситься в ванную и тереть кожу до тех пор, пока невидимые кровавые пятна не сойдут с ее ладоней. Но девушка лишь бессильно привалилась к креслу: у нее не было сил куда-то бежать и что-то делать. 

 — Вот, выпей, — сказала Ванесса, вручив кузине бокал с вином.

 Мэри-Бет послушно поднесла бокал к губам, но пить не стала, испуганно уставившись на него.

 — Хватит с меня на сегодня алкоголя.

 — Тогда кофе, — предложила Ванесса, подав кузине руку.

 — Кофе — это хорошо.

 Вдруг Мэри-Бет услышала тихий, едва уловимый стон. Не веря своему счастью, девушка перевела взор наповерженную Исабель — ее веки на миг затрепетали, открылись, а потом снова опустились.

 Мысленно взывая к Господу, Мэри-Бет приложила пальцы к шее итальянки и, услышав слабое биение пульса, облегченно вздохнула. Словами было сложно передать, что она испытала в тот момент, когда поняла, что невидимый ярлык «убийца» так и не появится у нее на лбу. Облегчение, неописуемое облегчение! Но была еще и радость, ведь уже ничто не омрачит ее будущего. Была благодарность, ведь теперь не нужно было жить, постоянно оборачиваясь на свое прошлое.

 И еще Мэри-Бет испытала неимоверный прилив энергии. Девушка вскочила на ноги и, обняв кузину, закружилась по комнате.

 — Я — не убийца, — без устали повторяла Мэри-Бет.

 — Конечно, моя милая, ты — не убийца.

 Теперь уже Ванесса обняла кузину, по-матерински поцеловав ее в висок. Даже ей передалась та неимоверная радость, что переполняла Мэри-Бет.

 Они прошли на кухню, где Ванесса приготовила кофе. Мэри-Бет судорожно вцепилась в чашку с горячим ароматным напитком, а Ванесса заявила:

 — Посмотрю, как там синьорина Росси. Думаю, она уже очнулась. Хотя, спроси, есть ли у них нашатырь или, в крайнем случае, уксус.

 Мэри-Бет перевела просьбу кузины, и Тереза, что-то тихо бормоча, полезла в холодильник и достала бутылку.