– А…

– Три, два, раз!

Если девчонка соображает туго, я не виноват. Успеет так успеет. Замешкается, уйду один.

Хорошо, что грузовые шахты не оборудуют дверцами с кодовыми замками. Иначе пришлось бы слегка повозиться. А так все просто. Дверь в сторону, прыжок, повиснуть на тросе.

В спину ударили острые ребра, и руки Янины стиснули шею. Все как я и думал.

Теперь дальнейшее зависело от моей удачи и сноровки. Дело предстояло тонкое и щепетильное.

Вцепившись одной рукой в трос, второй я принялся об­рабатывать соседний канат. По моей задумке кабина рухнет вниз, а мы, наоборот, вознесемся. Но не это служило при­чиной некоторого беспокойства. Как известно, чтобы два тела разминулись в одном пространстве, для меньшего дол­жно существовать некое свободное место внутри более круп­ного. Одним словом, хватит ли нам места двоим в решетча­той шахте лифта? Янину я не считаю. Как повезет. Жертво­вать приходится слабейшими.

Перетертый канат со страшной силой выстрелил, едва не сбив с моих плеч бедную девушку. Но все обошлось. Только она еще сильнее сдавила шею, окончательно пере­крывая доступ воздуха.

Сказал бы пару ласковых. Но слова не могу произнести. Да к тому же и некогда. Мы летим вверх.

Самое время поразмышлять над словами великого Анштуйна и его знаменитой теории замены масс. (Закрытая работа под грифом «Для внутреннего пользования». Но для общего развития можно.) Так вот, этот башковитый парень сказал, или написал, в общем не важно: «Тело, перемещаю­щееся в пространстве, не оставляет за собой пустоты. Его движение сопровождается переходом точки пространства из одного состояния в другое. Иными словами, любая точка вселенной или их группа является неизменной в коорди­натной сетке и может меняться от вакуумного до твердого состояния, передавая свои свойства тому или иному движу­щемуся предмету».

Так утверждал великий Анштуйн. (Мнение ученых не всегда совпадает с мнением Ночных Охотников.)

А вообще с чего бы это я?

Кабина лифта со свистом пронеслась мимо, содрав с меня последние лоскутки одежды. Но только не девчонку.

Я даже не представляю, каким образом она переместилась в наиболее безопасное место на моей спине. С непосред­ственной наглостью перебралась на шею и теперь весело болтает ногами, разглядывая с высоты открывающийся пейзаж.

Это удовольствие длилось недолго. Ровно до тех пор, пока кабина не долетела до низа и не шибанула о землю.

Нас с силой подбросило, девчонка сорвалась с наси­женного места, и мне пришлось буквально вылавливать ее руками. Перекинув несопротивляющееся тело через край площадки, я поспешил следом. Еще не все преграды прой­дены.

– За мной.

Янина, лихо взбрыкнув, выполнила приказ с точностью до наоборот. Я вначале и не понял, что произошло.

Громкий, раздирающий уши визг, удар, и тело солдата, коварно подкравшегося с тыла, согнулось пополам.

– Лихо… – только и смог сказать я, разглядывая крутя­щуюся волчком около ног разрывную гранату ближнего ра­диуса действия.

Потом до меня дошло, что разглядывать хорошую вещь можно сколько угодно, а граната ждать не будет. Некогда ей.

– Беги, дура! – захрипел я, тараща на Янину глаза. А она, эта самая дура, даже с места не двинется. Глазеет на гранату и не шелохнется. Я–то знаю почему. Граната не простая, с эффектом гипноза. Стоишь, смотришь, наслаж­даешься, а запал в это время мгновения отсчитывает. Беда.

Я мог бы совершенно спокойно оставаться на месте. Гра­ната ближнего действия поражает на весьма небольшом рас­стоянии. До меня даже всплеска воздуха не долетит.