Горячая рука Вадима легла Лёшке на затылок.

— Да о чём вы говорите? Вы пейте чай! Хороший парень — и славно. Где это он запропастился? Альберт, позови его…

— Вот ещё!

— Позови! — сказал Вадим.

Лёшка нехотя взял накомарник и вышел наружу.

— Стой! — услышал он Петькин шёпот. — Стой.

— Чего ты? — стряхивая его руку с плеча, сказал Кусков.

— Тихо, — прошептал Петька, — смотри, кабаны пришли…

Кусков глянул вперёд.

На том месте, где они оставили припасы, шевелились какие-то тени.

— Вот! — тихо засмеялся Петька. — Картошку они вашу едят…

— Да я их…

— Стой! Ты что! — повис на нём Петька. — Ты смотри лучше! А картошки я тебе завтра принесу! Смотри, вон какие поросята, ой! Полосатые, как крыжовник! А этот-то, носатый! Ух ты!

«Как он видит?» — удивился Лёшка, но когда его глаза привыкли к темноте, он тоже увидел носатого вожака или, наверное, мать и маленьких круглых и полосатых детёнышей, которые копались в разорванном мешке с картошкой и хрюкали.

— Я, понимаешь, вышел… — шептал Петька. — А они тут ковыряются, хорошо, я их успел заметить, а то бы мне кабаниха дала!

— Чего она может сделать? — усмехнулся Кусков.

— Чего? — ахнул Петька. — Да кабанов медведи сторонятся! Кабан одним махом лошади ногу перекусывает! У секача знаешь какие клычищи? Хо! Чего кабан может сделать…

— А откуда ты знаешь? — спросил Лёшка.

— Здрасте! — сказал Петька. — Ты что, «Жизнь животных» не читал?

— Я спортом занимаюсь. Дзюдо!

— Ну да! — пришёл в восторг Петька. — Слушай, покажи приёмчик, а?

— Спортзал нужен! — авторитетно сказал Лёшка.

— Да ладно тебе. Мы полянку найдём и на траве… А? Давай?

Странное дело: Кусков забыл, как только что этот мальчишка смеялся над ним, называя его стряпухой.

«Вроде этот Столбов парень ничего…» — подумал он.

— Тебя, Альберт, за смертью посылать… — высунул голову из двери Вадим. — Куда вы пропали?

Кабаны, услышав человеческий голос, фыркнули и рванулись напролом через лес, только треск пошёл…

— Эх! — вздохнул Петька. — Спугнули!

— Кого?

— Кабанов. Жалко, я бы ещё на них посмотрел.

— Ладно, — сказал Вадим, — идите в избу, а то Антипа ваш меня совсем заговорил… И говорит, и говорит, как радио…

— Пусть говорит! — серьёзно сказал Петька. — Пусть говорит. Он тридцать лет молчал. Заговорил — и пусть говорит досыта.

— Да я не против, только чай ваш простынет… — примирительно обнял их за плечи Вадим.

— Ой! Чуть не забыла! — всплеснула руками Катя, когда они вошли. — Директор совхоза просил вас, если не трудно, зайти завтра в правление. У него к вам есть дело. Приходите, посмотрите, как мы теперь на новом месте живём. А?

Глава восемнадцатая

Горшки и боги

Кусок мокрой глины звучно шлёпнулся на рокочущий круг. Мастер положил на него руки, и вдруг из них стал вырастать бледно-зелёный влажный цветок кринки.

Лёшка неотрывно следил за руками мастера и не мог постигнуть, как это он вытягивает из бесформенной глины тонкую и стройную фигуру кувшина.