— Перла, да это мог быть вовсе и не наш объект. Просто какой-то неудачник, что подпаивает по барам девчонок, чтобы их поиметь, потому что ему так никто не дает. Ну сама прикинь, какова вероятность, что нам так сходу бы повезло?

— Это ты везением зовешь? — не сдержавшись вызверилась таки я.

— Слушай, я понимаю, что задержался и немного виноват, но я же предупреди…

— Немного, Майки? Мы с тобой, по-моему, договаривались четко, и, черт возьми, ты мог бы уж как-то проявить больше рвения в соблюдении наших планов, тем более от этого могла зависеть моя жизнь!

— Черт, Перла, не пытайся обвинить меня в том, в чем не было моей вины! Я же сказал тебе…

Сказал он! Да если бы я знала, что от меня зависит безопасность напарника, то послала к дьяволу кого угодно с его пустопорожней околовыборной болтовней. Что, блин, для тех же избирателей важнее — чтобы маньяка изловили или как им красиво преподнесут статистику общего улучшения криминальной обстановки в округе? Но и да, как ни противно, Майки прав в том, что нечего было лезть в тот бар одной. Нечего было самостоятельно пытаться задержать громилу с надписью «плохой парень» во весь лоб. Нечего было делать мне в постели с ним. Господи, я пока и думать не могла, как же смогу вернуть свое оружие. И уж точно речь не идет об огласке и привлечении кого-либо в помощь. Что же делать?

— Все, хватит! Закрыли тему. Даже если это не наш маньяк, мы должны прищучить гада, что травит женщин, разве нет?

— Конечно, Сантос. Хотя, справедливости ради, и женщинам стоит думать головой и следить за своей выпивкой. Да и вообще, как по мне, одинокая женщина в баре буквально нарывается на неприятности сама.

Зараза, как же меня достало это шовинистическое дерьмо! Да только вступать сейчас в спор, доказывая, что у женщин не меньше прав просто прийти и расслабиться после трудного дня в баре, чем у любого мужика, и, приходя туда, она не нарывается автоматом… Это неправильно… Да разве достучишься?

— Этот… мой спаситель… оставил свои координаты?

Нет-нет-нет, только бы не покраснеть! Щеки загорелись мигом. И ладно бы только они!

Я снова схватилась за виски, скрывая возможные улики, способные вылезти на моем лице.

— Ричард Смит? — Майки брезгливо скривился. — Оставил. Помощник мой сказал, что он, кстати, намерен остановиться на ближайшие пару дней у своего сослуживца вроде и как раз в твоем городе.

Вот, значит, как. Поэтому ухмылялся так и говорил, что еще пересечемся? Небось машину мою обыскал и документы нашел. Сто процентов никакого его сослуживца у нас нет. У нас в городе из служивших вообще только мой брат и давно и основательно спившийся ветеран еще Вьетнама Алекс Бонсон, и он вот никак не может быть сослуживцем этого Смита.

— Конечно молодец он, что подвернулся вовремя и не растерялся, привез тебя в больницу, но не нравится он мне.

А уж мне-то как. Но это никак не помешало переспать с ним.

Что самое отвратительное? Я осознаю, что произошло это под действием подлитой отравы. И мне бы пылать праведным гневом и тоже кривиться от отвращения, что мерзавец воспользовался моим состоянием. Да, не он его спровоцировал. Но не упустил возможность.