Вообще строительство подобных каналов было новым делом в заготовке леса. И, понимая, что этот способ окажется намного лучше примитивной транспортировки леса, когда быки тянули бревна по «скользящей дороге» – длинному ряду досок, уложенных по склону горы, – он решил воспользоваться им.

Однако теперь, увидев Джорджа Фарнзворта, крутившегося подле нее, когда священник пропел: «…Доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты и в прах возвратишься» – и комья мокрой земли посыпались на опущенный в могилу гроб, Джеффри вновь вспомнил об ужасной неотвратимости, стоящей перед Мег.

Ему говорили, что брак отложен на какой-то срок из-за болезни отца, но сейчас, после смерти Фредерика Тейлора, он не мог не задаться вопросом: что будет дальше?

«Это не твое собачье дело, – выругал себя Джеффри. – Она взрослая женщина и уж как-нибудь позаботится о себе сама». Но, все еще продолжая смотреть на одинокую фигурку девушки, он не мог не осознавать той симпатии к ней, которая все сильнее овладевала им.

К происходящему Джефф вернулся, когда священник закрыл молитвенник и спокойно произнес:

– Давайте помолимся вместе. – Закончив короткую молитву, пастор добавил: – Мы приглашены на поминки Фредерика Тейлора в дом его дочери Виргинии Ломбард.

После заключительного «аминь» все заторопились к своим коляскам, чтобы поскорее добраться до обещанного теплого дома, где их ждали хорошая еда и яблочная наливка.

Уже было тоже собравшись уходить, Джефф случайно заметил, как Джордж Фарнзворт, подойдя к Меган, учтиво предложил ей свою руку. Очевидное отвращение, с которым она согласилась взять Фарнзворта под руку, поразило Уэлсли. Поразмышляв некоторое время, стоит ли составить им компанию, он все же решил, что не имеет ни малейшего права вмешиваться в чужие дела. «К тому же, – раздумывал он, – Меган может понять это как знак того, что я неравнодушен к ее личной жизни». Поэтому, не задерживаясь больше, он повернулся и быстро направился к своей лошади.

– Господин Уэлсли!

Он обернулся. Виргиния Ломбард, стараясь привлечь его внимание, подняла руку. Неторопливо подойдя к Виргинии и Лоренсу, Джеффри снял промокшую шляпу.

– Госпожа Ломбард…

– Простите, я только хотела уточнить, зайдете ли вы к нам?

– Вы знаете… у меня неотложные дела в лагере, – соврал он.

– О, пожалуйста, господин Уэлсли, – умоляюще попросила Виргиния, – это будет так много значить для нас. Думаю, из-за этой ужасной погоды у вас не будет сегодня много работы…

– Хорошо, – сдался Джефф, не совсем понимая, что все это значит. – Только ненадолго.

– Спасибо, – поблагодарила Виргиния. Устало улыбнувшись, она поднялась в кабинку коляски. И уже из окна добавила: – Значит, увидимся?

– Да, – кивнул он, кляня себя за то, что согласился провести по крайней мере еще один час в угнетающей атмосфере всегда таких скучных поминок. Боже, как же он ненавидел эти ритуалы! Но что ему оставалось делать, когда в голосе Виргинии было столько печали и искренности.

Он опять посмотрел в сторону Меган и Фарнзворта. В тот момент, когда Джордж подсаживал девушку в свой экипаж, Джефф неожиданно заметил едва скрываемую неприязнь девушки, с которой она смотрела на старика. Черт бы его побрал, что он ей говорит? Раздраженный своим любопытством, он быстро надел шляпу и пошел к лошади.