— И стоит гораздо дороже всего, что посулил нам? — спросила Велена.

— Откровенный вопрос заслуживает откровенного ответа. Вещь эта наделена огромной мощью. И способна предоставить любому человеку столь огромные возможности, что перед ними меркнут любые деньги.

— Предоставить любому человеку? — спросил Горяй. — Я не ослышался?

— Конечно, — закивал Адамир. — Это очень сильная вещица.

— Тогда почему ты так уверен, что мы сами ею не завладеем? — ухмыльнулся сотник. — Ты ведь наверняка предусмотрел все? Какая-нибудь хитроумная хитрость?

Адамир вежливо улыбнулся:

— Дело не в хитрости. Дело в вас. Никто из присутствующих здесь не может завладеть силой этой вещи. Кроме меня. Да, вы можете попытаться. Да, вы можете даже ощутить магию этой вещи. Быть может, она даже как-то отреагирует на вашу попытку, возможно, даже окажет некоторую помощь. И вот тогда, именно тогда, когда вы вообразите, что она ваша, что ее сила принадлежит вам и что вы теперь способны повелевать миром… — Он сделал паузу, обвел глазами всех. — Вот тогда вы и умрете. Меч Кощея, а эта вещь, скорее всего, явится вам в образе меча, пожрет ваши души — и вы станете его рабами. У вас больше не будет своей жизни, не будет своих мыслей и желаний, вы будете выполнять только его волю.

Несколько мгновений за столом царило напряженное молчание.

— Великие боги, какая, к черту, воля у меча! — наконец воскликнул Горяй.

Адамир бросил взгляд на Берсеня. Тот кивнул.

— Насколько я понимаю, это вовсе не меч, — неуверенно начал он. — Это некое магическое заклятие, наверное, или, может быть, даже некое создание, то есть нечто наделенное собственной волей и целью. Это сложно объяснить, но такое бывает.

— Ладно. Пусть так, но ты-то как с ним управишься? — Сотник ткнул пальцем в сторону хозяина дома. — Или это уже нам знать не положено?

— Ты поразительно проницателен, друг мой. Рассказывать вам подробности магического ритуала бессмысленно. Вы ничего не поймете. А если и поймете, вряд ли сможете повторить. Для этого нужен маг. Нужен очень хороший и очень опытный маг. Есть такой у вас?

Адамир с улыбкой оглядел всех.

— А есть ли имя у меча? — неожиданно спросил Берсень. — Обычно всякая достаточно могущественная чародейская вещь имеет собственное имя.

— Имя? — Адамир наморщил лоб и пробормотал: — Признаться, пока не думал об этом… Я не знаю его настоящего имени. Но чтобы было понятно о чем идет разговор, давайте называть его Черный меч… Не возражаете?

— Почему Черный? — спросил Горяй. — Коли не знаешь, давай что-нибудь повеселей, например Золотой меч? По-моему, хорошо звучит!

— Нет, Золотой не пойдет, — с улыбкой возразил Адамир. — Меч принадлежит Кощею, стало быть, как и его бывший хозяин, олицетворяет собой зло. А значит, лучше всего подходит — Черный меч.

— Ладно, Черный так Черный, нам без разницы, — сказал князь. — Скажи-ка лучше, Адамир, откуда ты вообще знаешь о мече? И о том, что в замке нет Кощея?

— Магия способна на многое, Воисвет. Существуют сотни приемов, чтобы выведать интересующие тебя сведения. Вот Берсень подтвердит.

— Но что же твои приемы не помогли тебе вытащить этот меч? — Раскрасневшийся Горяй подался вперед. Адамир повернулся к юному магу:

— Берсень, может быть, ты пояснишь?

Под сосредоточенными взглядами присутствующих за столом Берсень покраснел, а его руки, впившиеся в кубок, напротив, побелели.