Иван Шаман. Седьмой царевич. Том 4 и Том 5
Глава 1
— Щиты! Держать строй! — сержанты отрядов Выживших драли глотки, но больше для боевого духа, чем для отдачи команд. Каждый из стоящих в плотных рядах и так точно знал, что ему делать. Войско последней армии живых двигалось словно единый организм, выполняя поставленную задачу. Сдержать, не дрогнуть, выиграть время. Дать время мне, их последнему командору, нанести решающий удар. Орды нежити, паразитов, захвативших нашу технику, и их повелителей из живого металла окружали последнюю армию людей со всех сторон. Под толпами врагов не было видно земли — тысячи ног втоптали даже память о траве и лесе в грязь, а небеса закрывали тучи саранчи, драконьих скелетов и летучих мышей. Все остальные человеческие армии давно пали. Первое бедствие лишило нас авиации и танков. Чудовищные паразиты, прозванные Железной Чумой, поглотили всю технику. Любая машина, от’Оки' до «БелАЗа» и танка, становилась лишь продолжением тела монстра. Верные стальные кони превращались в жаждущих плоти мимиков. Некроманты лишили нас не только дома, но и посмертия. Стёрты с лица земли города, а последние подземные убежища стали крематориями. Безмолвными печами, в которых люди сжигали себя сами, лишь бы дать превратить себя в очередных зомби. Спустя годы мы познали врага и могли бы справиться с любым из них. По отдельности. Но они накатывали волнами, словно прилив кровавого океана, в котором тонули все надежды. Однобедствие за другим, наслаиваясь друг на друга, не оставляя времени на передышку. Последняя горстка одарённых со всех краёв старого света объединилась для этой финальной битвы, от которой зависела судьба израненного мира. Мы не хотели победить — мы уже забыли, что такое хотеть. Мы не желали выжить — жизнь давно потеряла смысл. Мы шли мстить. Ибо лишь месть за разрушенный мир толкала нас вперёд, заставляя двигать ноги. Первый удар нежити, как всегда, был самым страшным. Но мы разучились бояться. Те, кто давал волю страху, давно кормят червей. Ровные ряды паладинов прогнулись, сотни пали замертво, но каждый перед гибелью успел упокоить по десятку зомби, вампиров и прочей низшей нечисти. — Атака! — самоубийственный приказ разнёсся над полем боя. И строй живых качнулся вперёд. Казалось, это мимолётное движение тут же будет погашено очередной волной нежити, но нет. Чудовищные паразиты, вросшие в танки и вертолёты, давя ряды нежити, обрушились на нас со всех сторон. Давно кончились снаряды и топливо, а потому они били собственными телами, закованными в потрёпанную броню. Выкованную и отлитую на наших заводах! Но строй вырывался из смыкающихся стальных тисков. Строй сделал шаг вперёд. Ещё один. Ещё… За каждый метр последняя армия живых платила сотнями жизней. Но каждый из нас знал, за что шёл на такую жертву. В ход шло всё: рунные слова древних, стихийные проявления хаоса, даже запрещённая до последнего магия души. Твари, казалось, почувствовали исходящую из центра строя угрозу. Навалились всей силой. Но никто из нас не дрогнул. Поражённые паразитами вертолёты, напавшие сверху, напоролись на заградительный огонь магического прикрытия. Гигантские големы плоти были порублены на части паладинами, вооружёнными золотыми мечами порядка, а простую нежить втоптали в землю латные сапоги штурмовой пехоты. И снова строй сделал шаг вперёд. И ещё один. Со своего места я видел: ещё час такой битвы — и от нашей армии не останется никого. Но так было надо. Эта безумная атака — единственный шанс добраться до того, кто ведёт эту орду нежити. Добраться и нанести единственный удар, в который все маги во главе со мной вложат все свои силы. Последние силы. Вот упал сержант первой роты, человек, деливший со мной хлеб этим утром. Но сколько таких смертей я уже видел? Устал считать. |
