"А вдруг пираты и выбрали-то этот пляж потому, что скала не позволяет попасть на него с суши? Нет, только не это!"

Мальчик бродил туда-сюда вдоль скалы, но рискуя однако слишком приближаться к тому месту, откуда слышались восклицания и натужное кряхтенье носильщиков. "Надо немедленно кого-нибудь предупредить!" — твердил он себе, сжимая кулаки от нетерпения.

В конце концов, не выдержав, Мишель подкрался совсем близко к месту высадки пиратов.

Скала здесь нависала над пляжем, образуя пещеру глубиной метра в два.

Фигуры людей на берегу были теперь видны отчетливо. Они возились у самой воды, перекликаясь на грубом южном наречии.

Мишель остановился. На его коже, размягченной от долгого пребывания в воде, не было ни одного живого места; ссадины на руках, груди, щиколотках горели огнем.

Только он хотел снова двинуться в путь, как, вздрогнув от неожиданности, приготовился спасаться бегством.

Прямо перед ним раздался металлический лязг — словно осторожно передернули затвор оружия.

У мальчика перехватило дыхание. Он никак не мог определить, откуда исходит угроза. Звук был совсем тихим, будто позвякивали звенья цепочки.

Возле самого его уха кто-то шумно вздохнул, и Мишель сразу же успокоился. Темный силуэт, выросший прямо перед ним, несомненно, принадлежал животному. Запах стойла, хруст травы, растираемой мощными челюстями… ясно — лошадь или мул.

Подойдя чуть поближе, мальчик и в самом деле увидел двух мулов. Он радостно погладил ближнего по плоскому костистому лбу. Пальцы наткнулись на толстую кожаную уздечку, потом, проведя рукой по теплому боку мула, Мишель с удивлением нащупал что-то вроде деревянной накладки.

"Вьючное седло! — догадался он. — Точно, это вьючное седло!"

Находка была как нельзя кстати — вывод напрашивался сам собой.

"Если они приготовили мулов с вьючными седлами, значит, будут увозить ящики с берега. Стало быть, дорога есть! И я должен немедленно ее отыскать!"

И еще ясно, что раз пираты выбрали именно этот, а не какой-нибудь более удобный способ транспортировки, то дорога труднопроходимая. Явно не шоссе.

Время шло, драгоценные минуты бежали одна за другой. Где-то в море, в нескольких кабельтовых от побережья, Даниель и тридцать моряков оставались пленниками судна. Их судьба, даже жизнь всецело зависели от Мишеля.

Мальчик еще раз обследовал скалу. Напрасно. Она и не думала снижаться, и проходов в ней не было. А вскарабкаться на нее — и вовсе дело немыслимое. Колючие кусты надежно защищали все подходы.

И тут, начав уже отчаиваться, Мишель понял, как выбраться со злосчастного пляжа.

"Ну конечно! Как мне раньше не пришло это в голову?! Ведь мул всегда найдет дорогу домой!"

Однако перед ним был не один мул, а целых два.

"Так… Если одного отвязать, а второго оставить тут — вдруг он начнет рваться вслед за ушедшим, шуму наделает… Лучше, чтобы оба мула исчезли. Тогда и перевозка грузов задержится…"

И мальчик, отвязав обоих мулов, слегка шлепнул их по крупам. Те спокойно, бесшумно зашагали в другой конец пляжа. Прошли то место, где Мишель наткнулся на скалистый барьер, несколько минут прошагали по твердой земле, а потом решительно, один за другим, свернули в узкий проход между двумя высоченными утесами.

Здесь начиналась крутая, извилистая, неровная тропа. Мишелю пришлось нелегко. В темноте труд, но было выбирать, куда лучше наступить, и он не раз больно обдирал щиколотки об острые камни.

"За мной, наверное, кровавый след тянется", — подумал мальчик.

Вскоре тропинка перестала подниматься вверх и, все так же извиваясь, углубилась в лес из каучуковых деревьев.