|
Первые же книжки стали прорывными. О Несмеянове заговорили, он становился популярным во всем Союзе. Интервью в прессе, появление на телевидении. Все это было выстроено заранее по будущим политтехнологиям.
Всем вышеперечисленным наши советские писатели обычно не занимались. Считали лишним. И зря. Конечно, имелся элемент инсайда. Пусть мне и в эти годы казалось, что история пошла не так. Но у нас дела наладились. Ведь кроме крупных, имелись республиканские и местные издательства, которым требовались сборы. Мне же позже стало проще разговаривать с нагловатыми крупняками. Я от них уже не так зависел в материальном плане. Так что увидеть во мне новичка, которого можно надуть, у зубров не получилось.
— Дались вам эти правки!
— Степан, — мягко отвечает главный редактор, — ты отлично знаешь, кто их требует. Политика и ничего личного.
— Да понял я. Послезавтра с утра пришлите курьера, передам ему дискету.
— Степа, ты издеваешься? Где я найду у себя такой же компьютер? Пришли бумаги.
— Принтер сломался. Ремонтировать некогда. А ты найдешь
Издеваюсь, конечно. Мое пристрастие к компьютерной технике стало уже притчей во языцах. Хотя в эту эпоху это сложно. Пришлось даже поучиться у специалистов. Это в будущем техника для тебя, здесь все наоборот. Зато как стало проще работать! Жаль, что для Марины еще не созданы программы. Хотя…
Commodore мигнул о готовности. Уорда нет, но наши умники создали замечательный Лексикон. Пожалуй, поработаю до обеда, потом дочки из школы придут. Нужно садиться за руль «Волги» и мотаться по делам. Бытовуха в этом времени занимает достаточно много времени. И даже имея деньги, не все тебе подвластно. Чаще даже помогает популярность. Ну и блат. Даже не знаю, что лучше: искать знакомства или деньги. Нет, не так: в будущем знакомства помогали делать деньги. Так что принципиально ничего не изменилось. Разве что цивилизационный переход в иной социум будет менее кровавым.
Мы с Мариной долго спорили о том, нужно ли вмешиваться в историю. Но в итоге решились. Книга о будущих событиях писалась долго. И в чем-то повествование отличалось от той, грядущей действительности. Мы сделали ее более ужасной. Для страха. Но самое интересное случилось в распространении книги. Не засвеченная пишущая машинка, затем копировка в одном закрытом издании, где стояли неучтённые официально копиры. В Москве есть все! Концы были закрыты напрочь, как у настоящих шпионов. Это не так сложно сделать, зная методы работы спецслужб. Да и диссидентами в КГБ занимались далеко не лучшие кадры. Обленившиеся и туповатые от безмозглости работы. Затем произошел массовый вброс через Самиздат. Лица также были известны. Особенно Марине. Ее настоящий отец увлекался подобным и много рассказал дочке интересного. Так что карты в руки. Дальше пошло само. Книгу боялись, но читали. Ругали, но читали. Думаю, она быстро дошла куда нужно.
И… долгое время не было никакого отклика. Странная и страшная книга варилась где-то внутри узких групп и не выплескивалась наружу. Страна продолжала жить собственной жизнью. Я делал карьеру в местных СМИ, заводил много знакомств, использовал наработанные связи и даже интриговал. Началась Перестройка, Мишка Меченый вяло бубнил что-то с трибун. Но внезапно раз, и он куда-то исчез. Пошли смутные слухи. Наверху оказался обычный партийный деятель, разве что помоложе. Политбюро также резко помолодело, генералы начали грозную риторику и поход во власть.
Ничего себе! Я и не знал, что военные любят фантастику. Причину происходившего я не узнавал и даже не думал этим заниматься. Скорее с любопытством изучал происходящие перемены. То есть мы сами начали жить в фантастике. Все заготовленные инсайдерские наработки могли пойти к чертям. Но ради будущего своей Родины можно и пострадать. Так что больше мы не вмешивались в ход истории. И своих забот хватало. |