- Тогда керамический. Современная керамика очень прочная, даже оружие и бронежилеты из неё делают.

- А источник энергии? Он будет теплее других запчастей! И компьютер будет виден на рентгеновском изображении, - он постучал пальцем по виску. – Вариант с биороботами я обдумал до мелочей и отверг! Нет! Мы имеем дело с разумными потомками динозавров, с эволюционной ветвью, которая развивалась параллельно с человечеством. Более того, внутри человечества!

- Тогда на рентгене должны быть видны различия в строении организма.

- Они минимальны! Беглым взглядом их не зацепить! Гораздо лучше различия видны на экране тепловизора, поэтому я и притащил вас сюда!

- Это все версии?

- Есть ещё версия зомби, - «садовник» брезгливо поморщился, - но я считаю её антинаучной.

- Почему? – Зимин не то, чтобы увлёкся дискуссией, скорее – отвлёкся от своих невзгод и это его устраивало. – Мне кажется, всё совпадает. Температура комнатная, эмоций нет, на вид все бледные, словно в гриме…

- Я по-прежнему слышу нотки иронии в вашем голосе, - служащий обижено вздохнул. – Вы имеете на это полное право, как и подавляющая часть обывателей. Но ведь вы не обыватель, вы исследователь! Вы должны быть морально готовы к встрече с неожиданными открытиями.

- Откуда вы знаете, что я исследователь? – Зимин насторожился.

- О-о, мне пора! – «Садовник» взглянул на часы и торопливо пошагал вглубь поселка.

Леонид ещё раз взглянул на экран автокомпьютера, пожал плечами и двинулся к «башне». Всё-таки «садовник» был чокнутым, а тепловизор машины барахлил. Иначе почему и сам «садовник» имел «холодное» отображение на экране?

Но задуматься над некоторыми словами ненормального служащего Зимину всё равно пришлось. В первую очередь, над озвученной датой. Четвертое августа. Майор Репин поставил такую же отсечку. Закончить работу до исхода третьего дня начавшегося месяца.

Что намечалось на четвертое августа? Восстание роботов, как в старом фильме с нынешним президентом Австрии в главной роли? Или атака замаскированных рептилий, как в калифорнийском триллере «Чужие»? Вряд ли КГБ разделял фантазии «садовника», но ведь тоже готовился к четвертому числу.

«Так что должно произойти на самом деле?»

* * *

На рабочем месте Леонида поджидал Андрей Михайлович. Какое-то время он молча изучал Зимина, затем жестом приказал сесть за стол и уселся напротив.

- С кем разговаривали на территории? – Голос у майора был снова строгий. – О чем?

- Кажется, это был садовник, - Леонид пожал плечами. – О погоде.

- Здесь нет садовников. Как он выглядел?

- Я не разглядывал.

- Вот так? – Репин положил на стол черно-белую фотографию.

Леонид увидел на фото офицера в форме военных времен… после сорок третьего, в погонах. То есть, фотография не могла быть портретом «садовника». Да и в принципе не могла быть снимком кого-то из ныне живущих, если это оригинал, а не стилизация. Определенно, майор Репин снова затеял какую-то игру. Пытался подтолкнуть Зимина к чему-то или навести на определенные мысли? Пока что понять было трудно.

Леонид взял фотокарточку и рассмотрел поближе.

- Дедушка его?

- Отвечайте на вопрос.

- Даже близко не похож, - Леонид машинально перевернул снимок.

На обратной стороне настоящих старых фотокарточек часто делались надписи.