|
– Ты ведь не уйдешь сразу же? – спросила она, когда я, присев к столу, приканчивал еду. – Нет, если ты меня не выгонишь, – самым благодушным тоном ответил я. – Неужели это я виновата, что так никогда раньше не бывало? Неужели я и вправду такая зануда? – Она смотрела на меня открыто, без жеманства; я не мог поверить, что именно с этой женщиной прожил долгие годы. – Мы оба, наверное, виноваты, – сказал я, осушая второй стакан самбуковой. Мод снова присела перед холодильником поискать еще какой нибудь деликатес. Вернулась к столу с полными руками. – Знаешь, что бы я сейчас с удовольствием сделала? Я бы принесла граммофон, поставила тихую музыку и потанцевала… Хочешь? – Еще бы! – ответил я. – Просто здорово придумано. – И еще капельку выпьем. Согласен? Мне так хорошо сегодня. Я хочу это отпраздновать. – А как с вином? – спросил я. – У тебя еще осталось? – А я поднимусь к соседке и возьму у нее. Может быть, и коньяку принесу, если ты не возражаешь. – Я все что хочешь выпью, лишь бы тебе понравилось. Она тут же направилась к выходу. Я подскочил к ней, задрал подол и расцеловал ее попку. – Пусти меня, – шепнула она. – Я вернусь сию же минуту. Прошло и правда совсем немного времени, когда я услышал, как она шепчется с кем то за дверью. Потом поскреблась в стеклянную филенку. – Накинь что нибудь, я Элси привела. Я скакнул в ванную, препоясал чресла полотенцем и был готов к встрече гостьи. Элси мой вид рассмешил. Мы не встречались с тех пор, как Мод привела ее свидетельницей нашего с Моной совместного пребывания в кровати. Новое развитие событий Элси нимало не смущало, она была в отличном настроении. Они принесли вторую бутылку настойки и малость коньяку. И граммофон, и пластинки. Элси пришла вполне готовая разделить наш маленький праздник. Я ждал, что Мод предложит ей выпить с нами, а потом более или менее вежливым образом выпроводит. Нет, ничего похожего. Мод присутствие Элси ничуть не стесняло. Конечно, она извинилась за то, что полуодета, но с такой улыбкой, будто это совершенно естественная вещь. Заиграла пластинка, и мы с Мод пошли танцевать. Полотенце соскользнуло, но никто из нас не пытался его подхватить. Музыка кончилась, мы разомкнули объятия, член мой высился как флагшток, я тихонько потянулся к столу за стаканом. Мод сунула мне полотенце, просто повесила его на мой штырь. – Ты не возражаешь, Элси? – спросила Мод. Элси притихла настолько, что можно было услышать, как стучит у нее в висках. Вместо ответа она подошла к граммофону и перевернула пластинку. А потом, не поворачивая головы в нашу сторону, взяла стакан и осушила его единым духом. – А почему бы тебе с ней не потанцевать? – спросила Мод. – Я тебя не держу. Элси, вперед! Потанцуй с ним! С полотенцем, свисающим с члена, я подошел к Элси. Как только она оказалась спиной к Мод, она сорвала полотенце и жадно сграбастала мою палку. И задрожала словно в ознобе. – Будем танцевать при свечах, а то здесь слишком светло. Сейчас принесу свечи, – сказала Мод и скрылась в соседней комнате. Элси немедленно прекратила танцевать, припала к моим губам и достала языком чуть ли не до самой глотки. Я опустил руку, пощекотал там. Петушок мой по прежнему трепетал в ее руке. Пластинка закончилась, но никто из нас даже не двинулся. Я услышал шаги Мод, все еще оставаясь в цепких объятиях Элси. «Ох, что сейчас начнется!» – подумал я, но Мод не обратила на нас никакого внимания. Она зажгла свечи и выключила электричество. |
