|
Она вертит попкой и так, и этак, а у Элси лицо искажено судорогой наслаждения, она сунула палец в рот и кусает фалангу. Так продолжается до тех пор, пока Элси не сотрясает оргазм. И тогда мы наконец расцепляемся и, потрясенные, смотрим друг на друга, словно в первый раз увидели. «С меня хватит», – думаю и громко объявляю: – Я спать пошел. В соседней комнате есть кушетка, вот на ней я и рассчитываю поспать. – Ты можешь со мной остаться. – Мод берет меня за руку. – А что тут такого? – говорит она, увидев удивление в моих глазах. – Ну да, – подхватывает Элси, – может, и я с вами вместе посплю. Ты позволишь? – Она смотрит прямо в глаза Мод. – А что ты своим скажешь? – спрашивает Мод. – А разве им обязательно знать, что Генри остался? – Ни в коем случае. – Мод испугалась даже мысли об этом. – А Мелани? – говорю я на всякий случай. – О, она теперь рано уходит. Она на работу устроилась. Хорошо, а что же я наплету Моне? Мне стало страшно. – Думаю, мне надо позвонить домой. – Только не сейчас. – Элси словно уговаривала меня. – Очень уж поздно. Потерпи. Мы попрятали бутылки, сбросили посуду в раковину, а граммофон на цыпочках понесли наверх. Кажется, все сделали, чтобы Мелани ни о чем не догадалась. Я лег между ними, положив руки на оба лобка. Тишина, ни звука, и я подумал, что они уже спят. А я настолько устал, что сон никак не шел ко мне. Я лежал и широко открытыми глазами всматривался в темноту. Наконец повернулся в свою сторону. В сторону Мод. И она сразу же повернулась ко мне, обняла и прижалась губами к моим губам. А потом оторвала их и коснулась ими уха. – Я люблю тебя, – прошептала она почти беззвучно. Я молчал. – Ты слышишь? – прошептала она снова. – Я тебя люблю. Я по прежнему молча привлек ее к себе, положил руку ей между ног. И тут я почувствовал, что Элси тоже не спит: она прижалась ко мне словно половинка сандвича. Я ощутил ее руку на своих яйцах, она мягко целовала меня своими влажными жаждущими губами в шею, в затылок, в плечи… Немного погодя я перевернулся на живот, уткнулся лицом в подушку. И Элси лежала ничком. Я закрыл глаза, стараясь заснуть. Невозможно. Слишком близко от меня были эти податливые тела, слишком мягкой была постель, и шедший от нее сладкий и пряный запах волос и секса щекотал мои ноздри. Через открытое окно тянуло из сада тяжелым ароматом мокрой от дождя почвы. Странно, как то умиротворяюще странно было снова оказаться в этой широкой постели, в супружеской постели, к тому же втроем, и все мы охвачены откровенным радостным вожделением. А вдруг сейчас распахнется дверь и чей то гневный голос крикнет: «Убирайтесь вон, грязные твари!» Но только молчание ночи, темнота, тяжелый чувственный запах земли и женской плоти. Когда я снова повернулся на бок, лицо мое было обращено к Элси. Она ждала меня, ей не терпелось прижаться ко мне передком, проскользнуть в мою глотку своим упругим сильным языком. – Заснула она? – прошептала Элси. – Давай еще раз. Я не шевельнулся, член совсем размяк, руки бессильно лежали у нее на талии. – Не сейчас, – таким же шепотом ответил я. – Утром, может быть. – Нет, сейчас, сейчас, – горячо задышала мне в ухо Элси. Мой молодчик съежился в ее руке, как дохлая улитка. – Прошу тебя, – шептала она. – Мне так хочется, всего один разочек, Генри. – Дай ему поспать, – произнесла вдруг Мод полусонным голосом. – Хорошо, хорошо. |
